Военная история  

III рейх

III reich - Третий рейх

1 тд
2 тд
3 тд
4 тд
5 тд
6 тд
7 тд
8 тд
9 тд
10 тд
11 тд
12 тд
13 тд
14 тд
15 тд
16 тд
17 тд
18 тд
19 тд
20 тд
21 тд
22 тд
23 тд
24 тд
25 тд
26 тд
27 тд
116 тд "Виндхунд"
155 тд
155 рез. тд
178 тд
179 тд
179 рез. тд
232 тд
233 тд
233 рез. тд
273 рез. тд
тд "Кемпф"
Учебная тд
тд "Норвегия"
тд "Фельдхеррнхалле"
"Фельдхеррнхалле-2"
тд "Курмарк"
тд "Гольштейн"
тд "Силезия"
тд "Ютербог"
тд "Мюнхеберг"
тд "Берген"
тд "Клаузевиц"

 

Второе формирование
(Wiederaufstellung)
14-й танковой дивизии

         После полного уничтожения под Сталинградом, 14-я танковая дивизия, имевшая теперь прозвище «Сталинградская», была повторно сформирована в Западной Франции, в Бретани, с марта по 1 августа 1943 г., находясь в резерве 1-й полевой армии группы армий «Д» (HG D).

         36-й танковый полк (Panzer Regiment 36) 14-й танковой дивизии начал свое второе формирование 17 февраля 1943 г. и первоначально состоял из двух танковых батальонов. 25 апреля началось формирование III-го батальона. Сначала предполагалось вооружить III батальон тяжелыми танками «Тигр», но потом, ввиду нехватки «Тигров» для тяжелых танковых батальонов, первоначальное решение было изменено. III батальон должен был вооружаться только штурмовыми орудиями, однако 24 июля 1943 г. было решено принять смешанное вооружение: 2 роты штурмовых орудий StuG III (10-я и 12-я) и 2 роты средних танков Pz.Kpfw IV (9-я и 11-я). Штурмовые орудия (Stu.Gesch.III) поставлялись в июле–августе 1943 г.

         24 июля по указанию генеральной инспекции танковых войск (Gen.Insp.d.Pz.Tr.) новая организация 36-го танкового полка (Pz.Rgt. 36) предусматривала вооружение I-го танкового батальона танками «Пантера». Однако из-за недостаточного выпуска этих машин промышленностью и значительных потерь на фронтах, с 5 августа 1943 г. главное командование сухопутных войск вермахта (отделы OKH/GenStdH/Org.Abt. и OKH/ChefHRüst u BdE/AH) ещё раз изменило организационную структуру 36-го танкового полка. I танковый батальон начал получать на вооружение средние танки Pz.Kpfw IV (4 танковые роты по 22 танка в каждой).

         22 февраля 1943 г. было назначено новое формирование 14-й танковой дивизии из оставшейся вне сталинградского «котла» смешанной боевой группы.  Формирование дивизии началось в середине марта во Франции, в Бретани, в районе Ангерс (Angers). Во время своего формирования с 1 мая по 14 августа 1943 г. дивизия находилась в резерве 1-й полевой армии группы армий «Д», а в сентябре числилась в резерве группы армий «Д».

         1 апреля 1943 года новым командиром дивизии был назначен полковник Фридрих Вильгельм Зиберг (Friedrich Sieberg).  До этого он руководил курсом тактики в танковой школе (1940–1943 гг.). 1 июня 1943 г. Фридрих Зиберг был произведен в генерал-майоры.

Полковник Фридрих Вильгельм Зиберг,
командир 14-й танковой дивизии, апрель 1943 г.
(Friedrich Sieberg)

Полковник Зиберг, командир 14-й танковой дивизии

         В сентябре 1943 г. 14-ю танковую дивизию в Нанте посетил с проверкой генерал-полковник Гудериан (Generaloberst Guderian), занимавший в то время должность главного инспектора танковых войск вермахта.

         1 и 2 октября дивизия провела заключительные занятия по боевой подготовке. 4 октября 14-я танковая дивизия получила приказ для подготовки к транспортировке на Восточный фронт. 7–15 октября личный состав и материальная часть дивизии были доведены до штатного состава.

         Организация и оснащение III-го танкового батальона на 15 октября 1943 г.:

         Штаб батальона (Stab III.Abt.)
         Штабная рота (Stabskp.)
                 Взвод связи (Nachr.Zug) – 3 Bef.Pz. III
                 Разведвзвод (Aufkl.Zug) – 5 Pz. IV lg.
                 Сапёрный взвод (Pi.Zug)
                 Опознавательный взвод (Erk.Zug)
                 Зенитный взвод (Fla-Zug)
         9-я рота (22 Pz.IV lg)
         10-я рота (22 StuG III)
         11-я рота (22 Pz.IV lg)
         12-я рота (22 StuG III)

         Всего в III-м смешанном танковом батальоне было 3 командирских танка Bef.Pz. III, 49 средних танков Pz.Kpfw IV и 44 штурмовых орудия StuG III.

В 36-м танковом полку также имелся танковый огнеметный взвод из 7 огнеметных танков FlammPz.III и 9 командирских танков.

         15-17 октября части дивизии производили погрузку в железнодорожные эшелоны и начали транспортировку на Восточный фронт в Украину в полосу действия группы армий «Юг». I танковый батальон (I./Pz.Rgt. 36) был отставлен для учебных задач во Франции в Мезьер-ан-Бренн (Mezieres-en-Brenne) восточнее Пуатье (Poitiers). Сначала он обучался на французских трофейных танках. В конце октября 1943 г. I танковый батальон получил 160 человек пополнения 1925-го года рождения, которых нужно было подготовить для экипажей танков.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в конце 1943 г.

         5 октября 1943 г. советские войска 2-го Украинского фронта начали Пятихатскую операцию – наступление с плацдарма на Днепре южнее Кременчуга на Пятихатки и Кривой Рог. 19 октября советская 5-я гвардейская танковая армия освободила город и крупный железнодорожный узел Пятихатки. Командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейн писал в своих мемуарах: «Между армиями (1-й танковой и 8-й полевой. – Авт.) образовался широкий проход. Перед противником был открыт путь в глубину Днепровской дуги на Кривой Рог и тем самым на Никополь, обладание которым Гитлер с военно-экономической точки зрения считал исключительно важным».

         В конце октября 1943 г. части 14-й танковой дивизии, преодолев 2,5 тысячи километров, прибыли на Восточный фронт в Украину и выгрузились в Каменка-Знаменке. 26 октября 14-я танковая дивизия вошла в состав XXXX (40-го) танкового корпуса (XXXX. Panzerkorps) 8-й армии генерала пехоты Отто Вёлер (Otto Wöhler) группы армий «Юг» (Heeresgruppe Süd). В состав XXXX-го танкового корпуса кроме 14-й танковой дивизии входили 24-я танковая дивизия (24. Panzer-Division), 376-я пехотная дивизия (376. Infanterie-Division), и части 3-й панцергренадерской дивизии «Мертвая голова» (3. SS-Panzergrenadier-Division "Totenkopf").

         23 октября советская 5-я гвардейская танковая армия подошла к Кривому Рогу, а ее передовой отряд из 18-го танкового корпуса сходу ворвался в Кривой Рог. В городе произошёл жестокий бой, в котором советские танки понесли большие потери и были вынуждены отойти на 8–10 км к северо-востоку от города. Затем советские войска начали обход Кривого Рога с северо-запада.

         Чтобы остановить продвижение советских войск севернее Кривого Рога, была создана мощная немецкая танковая группировка из четырёх танковых дивизий: 14-й, только что прибывшей из Франции, 11-й и 23-й, переброшенных с других участков Восточного фронта и 24-й, прибывшей из Италии. Утром 28 октября эта группировка нанесла контрудар по советским войскам северо-западнее Кривого Рога в долине реки Ингулец.  Немецкая авиация оказывала танковым дивизиям массированную поддержку. Здесь развернулось ожесточенное сражение. Немецкие танки смогли оттеснить советские войска на 15-20 км на восток, но, натолкнувшись на сильную противотанковую оборону войск 7-й гвардейской, 37-й армий и противотанкового резерва 2-го Украинского фронта, понесли большие потери. Только за первые два дня боёв четыре немецкие танковые дивизии потеряли 150 танков.

         28 октября части 14-й танковой дивизии были направлены в район севернее Кривого Рога и начала боевые действия в составе LVII (57-го) танкового корпуса генерал-лейтенанта Фридриха Кирхнера (Friedrich Kirchner) 1-й танковой армии группы армий «Юг».

         Для противодействия наступавшим севернее Кривого Рога советским танковым и механизированным войскам, из всех самоходных частей 14-й танковой дивизии была сформирована боевая группа «Лангкейт» (Kampfgruppe Langbeit) под командованием командира 36-го танкового полка Лангкейта. В состав группы вошли 36-й танковый полк (Panzer-Regiment 36), I батальон 103-го панцергренадерского полка на полугусеничных бронетранспортёрах (I./Panzergrenadier-Regiment 103), 14-й самоходный разведывательный батальон (Panzer-Aufklärungs-Abteilung 14), 1-й дивизион 4-го самоходного артиллерийского полка (I./Panzer-Artillerie-Regiment 4), 4-й противотанковый дивизион (Panzerjäger-Abteilung 4) и 3-я рота 13-го самоходного сапёрного батальона (3./Panzer-Pionier-Bataillon 13).

         28 октября боевая группа Лангкейта сосредоточилась к западу от Владимировки. Она начала продвижение на север вдоль линии железной дороги, пока не достигла станции Чабановка. В районе станции группа Лангкейта впервые столкнулась с советскими передовыми отрядами, сопротивление которых было быстро сломлено. Затем боевая группа Лангкейта атаковала советские войска в районе села Павловка, нанося удар на левом фланге в направлении на запад. Пройдя 2 км, немецкая танковая колонна подошла на расстояние 800 м от советских оборонительных позиций, откуда по ней открыла огонь советская артиллерия. В легком тумане появилось несколько T-34. Немецкие танки, стреляя на ходу, быстро двигались вперёд по замороженной земле. Огонь и дым покрыли место боя. Панцергренадеры спешились и начали продвигаться позади танков. Достигнув советских позиций, немецкие танки сходу прорвались через них. Было подбито и подожжено около 20 советских танков T-34 и КВ-1. Командирское подразделение Лангкейта и рота «Пантер» ворвались в село. Советские противотанковые пушки стреляли из замаскированных позиций. Периодически появлялись советские танки. В село подтянулись панцергренадеры и начали зачистку.

         Затем Лангкейт повел наступление на советскую оборону в колхозе Жаровка. 1-я и 2-я танковые роты атаковали колхоз с фронта, в то время как 3-я и 4-я роты обходили колхоз с флангов. В колхозе снова вспыхнул встречный танковый бой. Танки вступали в бой с танками и противотанковыми пушками. Две фланговые роты, сопровождаемые панцергренадерами, нанесли удар по колхозу. При поддержке танков панцергренадеры подавляли очаги сопротивления советских войск своим стрелковым оружием и ручными гранатами. Оказывая ожесточённое сопротивление, советские войска были вынуждены отступить. Колхоз Жаровка был захвачен группой Лангкейта. В этот день она уничтожила или захватила 33 танка, 6 противотанковых пушек и 12 грузовиков. Кроме того, было взято большое количество пленных. Но бои севернее Кривого Рога ещё не закончились.

         29 октября боевая группа Лангкейта получила приказ наступать в районе Кировограда на восток через реку Ингулец. После совещания у командира группы на железнодорожной станции Кузовка, в 7 часов утра боевая группа Лангкейта двинулась вперед. Она прорвалась через первую позицию советских войск и вышла из зоны действия советских противотанковых пушек, открыв при этом путь для продвижения панцергренадеров. Подразделения 108-го панцергренадерского полка (Panzergrenadier-Regiment 108), поддержанные пикирующими бомбардировщиками (Stukas), вошли в Водяную. В последних числах октября 14-я танковая дивизия продолжала контратаки в условиях начавшейся распутицы.

         29 октября, на второй день боёв, командир дивизии генерал-майор Фридрих Зиберг (Friedrich Sieberg) и его оперативный офицер обер-лейтенант фон дер Планиц (von der Planitz) были тяжело ранены осколками снаряда из советской противотанковой пушки на высоте у Толстой. Зиберг умер 3 ноября (по другим данным 6 ноября) в кировоградском госпитале. Зибергу было посмертно присвоено звание генерал-лейтенанта.

         Исполняющим обязанности командира 14-й танковой дивизии был временно назначен командир 108-го панцергренадерского полка полковник Карл-Макс Грэссель (Karl-Max Gräße), а с 31 октября - полковник Мартин Унрейн (Martin Unrein). 6 ноября 1943 г. исполняющим обязанности командира 108-го панцергренадерского полка был назначен майор Гейнц фон Брезе-Виняри (Heinz Wittchow von Brese-Winiary).

Майор Гейнц фон Брезе-Виняри
Heinz Wittchow von Brese-Winiary

Майор Гейнц фон Брезе-Виняри

         В ноябре 14-я танковая дивизия продолжала бои северо-восточнее Кривого Рога в составе LVII-го танкового корпуса 1-й танковой армии. За 16 дней интенсивных боев (с 28 октября по 12 ноября) дивизия потеряла 28 танков Pz.IV и 25 штурмовых орудий StuGIII. 9 танков Pz.IV и 12 САУ сгорели в бою; 6 танков Pz.IV и 1 САУ были подбиты и нуждались в заводском ремонте; 6 штурмовых орудий StuGIII из-за боевых повреждений остались на территории противника; 6 танков Pz.IV и 4 штурмовых орудий StuGIII были оставлены на территории противника из-за поломок; 7 танков и 2 штурмовых орудия вышли из строя на марше и были брошены из-за невозможности отбуксировать их в тыл. Затем дивизия была направлена в резерв 1-й танковой армии ГрА «Юг» (1. Panzerarmee HG Süd).

20 ноября боевая группа Лангкейта атаковала район севернее Ганновки. Развился большой танковый бой, в котором были подбиты или уничтожены 22 советских танка и САУ. 26 ноября боевой группе записали уничтожение 21 танка противника, хотя она имела в строю всего 36 танков. При этом она отразила советскую атаку, проводимую эквивалентом двух полков. 23 ноября советские войска 2-го Украинского фронта перешли к обороне и в районе Кривого Рога наступило затишье.

         1 декабря 1943 г. Лангкейту было присвоено звание полковника, а 7 декабря полковник Лангкейт был награждён Дубовыми листьями (№ 348) к Рыцарскому кресту за успешные действия в решающих боях за Водяную в конце октября. Для награждения он был отозван в Германию и не участвовал в боях за Кировоград в конце года.

Полковник Вили Лангкейт,
командир 36-го танкового полка 14-й танковой дивизии,
кавалер Рыцарского креста с Дубовыми листьями, декабрь 1943 г.
(Oberst Willi Langkeit)

Полковник Вили Лангкейт - 
			Oberst Willi Langkeit

         В декабре 1943 г. 14-я танковая дивизия была направлена в район Кировограда и поступила в подчинение XI-го танкового корпуса (XI. Panzerkorps) 8-й армии группы армий «Юг». Она держала оборону юго-восточнее Кировограда. С 26 декабря дивизия была переведена в состав III-го танкового корпуса (III. Panzerkorps) 8-й армии.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в первой половине 1944 г.

1 января 1944 г. Мартин Унрейн был назначен командиром 14-й танковой дивизии и произведен в генерал-майоры.

Командир 14-й танковой дивизии генерал-майор Мартин Унрейн
(Martin Unrein)

Командир 14-й танковой дивизии генерал-майор Мартин Унрейн

Сражение под Кировоградом 5–7 января 1944 г.

         5 января 1944 г. началось наступление советских войск на кировоградском направлении. В 11 часов в прорыв на участке 10-й панцергренадерской дивизии вошел советский 7-й механизированный корпус, который за день наступления продвинулся на 24 километра.

         В этот же день 4 танка Pz.Kpfw IV 9-й роты (обер-лейтенант Кюн) и 7 штурмовых орудий StuG III (обер-лейтенант Куммер) III-го батальона 36-го танкового полка (III./Pz.Rgt. 36) под общим командованием обер-лейтенанта Кюна (Kühn) 14-й танковой дивизии встретили около 45 советских танков (по другим данным – 21 танк) на дороге Ново-Александровка – Новгородка в 3 км северо-западнее высоты 187,9. В военном дневнике (КТВ) III-го танкового батальона сообщалось, что было уничтожено соответственно 18 T-34 и 6 T-34, а затем боевые машины возвратились в место расположения батальона в Аджамке в 16 км восточнее Кировограда.

         Советские войска наступали на Кировоград по двум направлениям: правым клином – с севера и северо-запада, левым – с востока и юго-востока. Остановить или даже существенно замедлить наступление советских войск на Кировоград немецким дивизиям не удалось, несмотря на их постоянные контратаки. На северном направлении советские подвижные группы 7-го механизированного корпуса в первый же день наступления уничтожили огневые позиции немецкой артиллерии (30 пушек, из них 15 зенитных) и вышли на восточный берег реки Ингул, захватив село Северинка в 8 километрах севернее Кировограда.

         7 января танки и штурмовые орудия III-го батальона 36-го танкового полка атаковали другую советскую танковую группу, которая приближалась к Кировограду с запада. Встречный танковый бой произошёл у железнодорожной станции Лелековка на линии Кировоград – Новоукраинка. При атаке железнодорожной станции было уничтожено 11 советских танков Т-34, при этом были потеряны 2 танка и одно штурмовое орудие (лейтенанта Кляйна). Один T-34 был захвачен экипажем обер-лейтенанта Кюна. По недостоверным данным это был танк командира танковой бригады, который, покинув танк, застрелился. Обер-лейтенант Кюн позже получил за этот бой Рыцарский крест.

         К полудню 7 января советские войска подошли к окраинам Кировограда, крупного промышленного города и областного центра Правобережной Украины, и окружили его. Советские войска начали штурм города, немецкий гарнизон оборонялся ожесточенно. У утру 8 января Кировоград был полностью освобожден. К исходу 10 января значительная часть окруженной в районе Кировограда немецкой группировки была уничтожена. Некоторые немецкие группы смогли вырваться из окружения.

         Согласно военному дневнику (КТВ III./Pz.Rgt. 36) потери III-го батальона 36-го танкового полка за первую неделю боев под Кировоградом (с 5 по 11 января 1944 г.) составили 29 чел., из них 3 убитых, 16 раненых, 2 погибли при несчастных случаях, 1 пропал без вести, а также 7 тяжело заболевших. За это же время было потеряно 5 танков и 9 штурмовых орудий, из них только одно штурмовое орудие было потеряно безвозвратно.

Участие 14-й танковой дивизии в боях в районе Корсунь-Шевченковского (Черкасского) «котла» в январе – феврале 1944 г.

         22 января немецкая авиаразведка установила концентрацию сил и средств советских войск в районе Баландино – Красноселка в 40-50 км северо-западнее Кировограда. 23 января командующий 8-й немецкой армии генерал пехоты Отто Вёлер (Otto Wöhler) принял решение отвести с фронта на кировоградском направлении 14-ю и 11-ю танковые дивизии XXXXVII (47-го) танкового корпуса для создания резерва. 14-я танковая дивизия утром 25 января должна была подойти к Новомиргороду. За ней следовала 11-я танковая дивизия. Погода была крайне неблагоприятна для марша. Морозы чередовались с дождями и распутицей. Немецкие солдаты, ведя непрерывные бои, все больше теряли физические силы и моральный дух. К тому же почта доставлялась нерегулярно. В 14-й танковой дивизии солдаты не получали письма с родины в течение длительного времени, что отрицательно сказывалось на их эмоциональном состоянии.

         Численный состав сил и средств 14-й танковой дивизии находился на низком уровне. Во всех частях дивизии ощущалась нехватка личного состава. 22 января полная численность двух панцергренадерских полков была соответственно 1097 и 1042 человека. Все четыре панцергренадерских батальона по силе оценивались как средние. В разведывательном батальоне было 557 человек, в саперном – 504 человека. Танковый полк имел численность 838 человек. Вся дивизия насчитывала 8831 человек. Дивизионная артиллерия на 22 января состояла из пяти САУ «Веспе», трёх САУ «Хуммель», десяти 10,5-см и шести 15-см гаубиц, четырёх 8,8-см зенитных орудий, трёх средних и двенадцати тяжелых противотанковых пушек. В 36-м танковом полку был только один танковый батальон – III-й. На 25 января в нем было 15 боеготовых танков и штурмовых орудий (7 Pz.Kpfw IV, 4 огнеметных танка и 4 StuG III). Командовал 14-й танковой дивизией генерал-майор Мартин Унрейн (Martin Unrein). Вернувшийся из Германии командир 36-го танкового полка полковник В. Лангкейт должен был сформировать новую боевую группу из оставшихся 15-ти танков и штурмовых орудий его полка, 1-го батальона 103-го панцергренадерского полка и 1-го дивизиона 4-го самоходного артиллерийского полка.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в составе XI армейского корпуса 25–27 января 1944 г.

         14-я танковая дивизия всю ночь совершала марш и утром 25 января вышла в район Златополь – Ново-Миргород. К полудню дивизия была переподчинена XI (11-му) армейскому корпусу с задачей контратаковать наступающие советские части. В 13:00 она начала контратаку против советских войск, вклинившихся между XI (11-м) армейским и XXXXVII (47-м) танковым корпусами. Стоял плотный туман, поэтому авиационной поддержки не было.

         Рано утром 25 января советские 53-я и 4-я гвардейская армии при поддержке танков 5-й гвардейской танковой армии начали атаку на позиции 389-й пехотной дивизии XI-го армейского корпуса и 3-й танковой дивизий XXXXVII-го танкового корпуса. Советские войска быстро прорвали немецкую оборону в нескольких местах. Наиболее опасное вклинение советских передовых отрядов было в районе Оситняжки. Была нарушена связь между XI-м армейским и XXXXVII-м танковым корпусами. Из дивизии СС «Викинг» туда была направлена смешанная боевая группа, а позже, по частям, – 57-я пехотная дивизия.

         Части 14-й танковой дивизии были разделены на две боевые группы. Первая боевая группа командира 108-го панцегренадерского полка майора Гейнца Виттхова фон Брезе-Виняри (Heinz Wittchow von Brese-Winiary) должна была наступать в северо-восточном направлении на Капитановку и состояла из 108-го панцергренадерского полка, 14-го разведывательного батальона, 2-го самоходно-артиллерийского дивизиона 4-го самоходно-артиллерийского полка и зенитного подразделения. Вторая боевая группа командира 36-го танкового полка полковника Вилли Лангкейта была очень слабой и должна была наступать на правом фланге от Златополя в восточном направлении то же на Каменоватку.  Она состояла из подразделений ослабленного 36-го танкового полка (только 7 танков Pz.Kpfw IV, 4 штурмовых орудия StuG III и 4 огнеметных танка Flamm.Pz), I-го батальона 103-го панцергренадерского полка и I-го дивизиона 4-го самоходно-артиллерийского полка.

         Боевая группа фон Брезе быстро достигла ряда холмов между Капитановкой и Остиняжкой. Группа оказалась на пути главного удара советского наступления. Боевая группа Лангкейта сначала двигалась на восток, а пройдя Каменоватку, повернула в северо-восточном направлении на Россоховатку (совр. Береговое). Из-за усиливающегося тумана видимость становилась всё хуже. Неожиданно немецкая танковая колонна столкнулась с шедшими навстречу советскими танками. Фельфебель Циглер, находившийся в головном танке, с дистанции 50 метров подбил ближайший советский танк Т-34. После этого обе стороны вышли из боя. Немногочисленные танки 14-й танковой дивизии отошли в Россоховатку, ожидая подвоза боеприпасов и горючего.

         Во второй половине дня в бой были введены основные силы советской 5-й танковой армии. 20-й танковый корпус двигался севернее через Писаревку на Капитановку. 29-й танковый корпус наступал южнее и вышел к Тишковке. 18-й танковый корпус находился во втором эшелоне.

         14-я танковая дивизия, имея очень мало танков, не могла закрыть разрыв в немецкой обороне на стыке XI-го армейского и XXXXVII (47-го) танкового корпусов. Возле моста у Тишковки завязался бой между боевой группой фон Брезе и частями 29-го танкового корпуса.

         Группа Лангкейта в 20:30 получила горючее и боеприпасы. Через час красноармейцы перешли в атаку и захватили северную часть Россоховатки. Ещё через час танки III-го батальона 36-го танкового полка и панцергренадеры I-го батальона 103-го панцергренадерского полка отбили северную часть села.

         Утром 26 января началась оттепель, и пошёл дождь. Боевая группа полковника Лангкейта в 8 часов утра начала атаку в направлении Оситняжки. Стоял плотный туман. Видимость была не более 40–60 метров. В 10 часов немецкие танки натолкнулись на советские противотанковые пушки. Затем перешли в контратаку подошедшие советские танки. После трёх прямых попаданий был подбит танк командира роты лейтенанта Бауэра, и весь экипаж погиб. Немцы должны были отходить, поэтому командир танкового батальона приказал штурмовым орудиям уничтожить подбитый танк. В этом бою группа Лангкейта подбила один танк Т-34 и три противотанковые пушки. В это время советские войска начали атаку южнее, чтобы вбить клин между частями 14-й и 3-й танковых дивизий. Немногочисленная боевая группа Лангкейта повернула в юго-восточном направлении для соединения с направленной ей навстречу боевой группой 3-й танковой дивизии, но была отброшена к западу частями 29-го танкового корпуса. К концу дня 29-й танковый корпус освободил Турию. Вечером 26 января в 14-й танковой дивизии оставались боеготовыми 3 танка Pz.Kpfw IV и 2 штурмовые орудия StuG III.

         Боевая группа майора Гейнца фон Брезе-Виняри утром 26 января выдвинулась на высоты западнее кладбища в Оситняжке и попала в тактическое окружение. Продолжая бой в течение всего дня, группа смогла продвинуться ещё севернее и заняла круговую оборону в лесу северо-восточнее Капитановки.

         Ещё 25 января 14-я и 11-я танковые дивизии были переданы в подчинение XI-го армейского корпуса. 11-я танковая дивизия была наиболее сильной из действующих в этом районе немецких танковых дивизий. На 22 января вместе с приданными дивизии частями в ней было 12 305 человек. Панцергренадерские полки имели примерно по 1200 солдат и офицеров, но активных штыков в них было соответственно 605 и 412. Дивизионная артиллерия насчитывала 14 10,5-см и 6 15-см гаубиц, 6 10-см пушек и 4 8,8-см зенитных орудия. 25 мая дивизия имела 20 боеготовых «Пантер» и несколько Pz.Kpfw IV и Pz.Kpfw III. Командовал дивизий генерал-майор Венд фон Витерсхейм (Wend von Wietersheim).

         27 января в 5:30 11-я танковая дивизия продолжила наступление в северном направлении, имея боеготовыми 15 «Пантер» и 3 Pz.Kpfw IV, а также 15 штурмовых орудий StuG III в трех частях, подчиненных дивизии (8-й танковый батальон из 20-й панцергренадерской дивизии – 1 StuG III, 905-й дивизион штурмовых орудий – 10 StuG III, 911-й дивизион штурмовых орудий – 4 StuG III). Сильный туман существенно ограничивал видимость, но танки 11-й танковой дивизии смогли преодолеть возвышенность к востоку от Капитановки и в 9:10 подошли к позициям окружённой северо-восточнее Капитановки группы фон Брезе 14-й танковой дивизии. II батальон 110-го панцергренадерского полка 11-й танковой дивизии при поддержке штурмовых орудий 905-го дивизиона штурмовых орудий провел две неудачные атаки на Писаревку, а танковая боевая группа дивизии к середине дня захватила Тишковку и южную половину Капитановки.

         Таким образом, пути снабжения наступавших в западном направлении советских 20-го и 29-го танковых корпусов 5-й гвардейской танковой армии оказались перерезанными. Её 20-й танковый корпус в 10 часов утра освободил Шполу, а бригады 29-го танкового корпуса юго-восточнее Шполы заняли Водяное, Липянку и Межигорку. Восстановить связь с корпусами и их снабжение должны были 18-й танковый корпус второго эшелона 5-й гвардейской танковой арии и 5-й гвардейский кавалерийский корпус резерва 2-го Украинского фронта.

         В это время части 53-й советской армии продолжали атаковать позиции немецкой 3-й танковой дивизии, которая смогла, всё-таки, направить небольшой танковый отряд на помощь 14-й танковой дивизии.

         Подразделения 103-го панцергренадерского полка 14-й танковой дивизии при поддержке четырех танков отбили атаку нескольких советских танков американского производства и захватили центр Россоховатки, но в результате последующей советской контратаки они были выбиты из села. Во второй половине дня подразделения 103-го панцергренадерского полка дважды атаковали, но потерпели неудачу. Безрезультатные бои обошлись дорого. За два дня напряженных боёв вокруг Россоховатки, 26–27 января, общие потери 14-й танковой дивизии составили 310 человек, что было более четверти всех потерь, которые понесла дивизия в январе.

         Боестолкновения в районе Капитановка – Тишковка продолжались в течение всего вечера. В этом районе действовали части 14-й 11-й танковых дивизий, а также три дивизиона штурмовых орудий. Всего в строю у них к исходу 27 января насчитывалось только 18 танков и 17 штурмовых орудий. В 14-й танковой дивизии оставалось 3 боеготовые танка Pz.Kpfw IV и 2 штурмовые орудия StuG III.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в составе XLVII танкового корпуса 27–31 января 1944 г.

         Вечером 27 января 14-я и 11-я танковые дивизии были переподчинены XLVII (47-му) танковому корпусу (XXXXVII. Panzerkorps), которым командовал генерал танковых войск Николаус фон Форман (Nikolaus von Vormann) 8-й армии генерала пехоты Отто Вёлера (Otto Wöhler) группы армий «Юг».

         27 января в распоряжение XXXXVII (47-го) танкового корпуса был передан также I батальон 26-го танкового полка, вооруженный «Пантерами». Он был значительным подкреплением. Батальон был недавно сформирован во Франции и полностью укомплектован, а затем временно находился в составе дивизии «Великая Германия», но ещё в боях не участвовал.

         Красноармейцы отступили юго-восточной части Тишковки на север. Севернее Оситняжки развертывались части 18-го танкового корпуса для восстановления коридора к корпусам 5-й гвардейской танковой армии, наступающим на Звенигородку. В середине дня 28 января советские 8-я и 155-я танковые бригады 20-го танкового корпуса вышли к Звенигородке с востока и юго-востока и соединились с 233-й танковой бригадой из 6-й танковой армии 1-го Украинского фронта, замкнув кольцо окружения Корсунь-Шевченковского (Черкасского) «котла».

         Боевая группа майора Гейнца фон Брезе-Виняри 14-й танковой дивизии 28 января продолжала находиться в 2-3-х километрах к северо-востоку от Капитановки. На юго-восток от группы фон Брезе, на высоте восточнее Капитановки, остановились в обороне несколько «Пантер» под командованием командира 15-го танкового полка 11-й танковой дивизии майора Карла фон Зиверса (Karl von Sivers). Эта группа была практически окружена советскими войсками. Южная часть Тишковки была занята немецкой пехотой, но остальную часть села контролировали советские подразделения, так же как и Писаревку.

         28 января 1944 г. командиром 103-го панцергренадерского полка был назначен подполковник резерва Вернер Муммерт (Werner Mummert), до этого командовавший 14-м самоходным разведывательным батальоном. 1 февраля ему было присвоено звание полковника резерва (Oberst der Reserve). 20 марта 1944 г. он был награждён Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту № 429 за заслуги в боях под Кировоградом и Черкассами.

         29 января немецкое командование пришло к выводу, что прорвать советскую оборону в районе Капитановки не удасться. Командир XXXXVII (47-го) танкового корпуса генерал танковых войск Николаус фон Форман (Nikolaus von Vormann) предложил командующему 8-й армии генералу пехоты Отто Вёлеру (Otto Wöhler) временно разделить 14-ю танковую дивизию. Поскольку ее 108-й панцергренадерский полк (боевая группа фон Брезе) был отрезан севернее Капитановки, фон Форман предлагал 103-й панцергренадерский полк переподчинить 3-й танковой дивизии. Истощенный III батальон 36-го танкового полка 14-й танковой дивизии должен был стать на место 11-й танковой дивизии между Тишковкой и Писаревкой, а 11-я танковая дивизия вместе с приданными частями (I-й батальон 26-го танкового полка, 8-й танковый батальон со штурмовыми орудиями StuG III, 905-й и 911-й дивизионы штурмовых орудий) передвигалась ещё дальше на запад, чтобы ударом из района западнее Турии отрезать ушедшие на Звенигородку советские танковые корпуса.

         Боевая группа фон Брезе 14-й танковой дивизии, отрезанная в лесу северо-восточнее Капитановки, получила приказ пробиваться на запад к Журавке для дальнейшего взаимодействия с частями 11-й танковой дивизией северо-западнее Турии.

         Днём 2-й Украинский фронт восстановил снабжение своих передовых танковых корпусов в Звенигородке. 5-й гвардейский кавалерийский корпус занял Шполу и продолжил движение на Бурты и Ольшану.

         Вечером для смены 11-й и 14-й танковых дивизий прибыли части 320-й пехотной дивизии. Оставленные ею позиции заняли части 10-й панцергренадерской дивизии. На подходе были 13-я танковая и 376-я пехотная дивизии.

         30 января боевая группа фон Брезе, с которой у командования 14-й танковой дивизии не было сообщения уже четыре дня, пробилась в северо-западном направлении и вышла к Вязовке. Выйдя из своего тактического окружения, боевая группа фон Брезе попала в большое окружение вместе с частями XI-го и XXXXII-го армейских корпусов. Группа фон Брезе имела мало танков, пушек и панцергренадеров и была передана из подчинения 14-й танковой дивизии в состав XI-го армейского корпуса.

         Днём опять начали сгущаться свинцовые тучи, поднялся сильный ветер, пошел дождь, сменявшийся мокрым снегом. Больше всего на немецких передовых позициях страдала пехота. Периодические дожди или снегопад делали положение солдат невыносимым. Панцергренадеры 14-й танковой дивизии в своем изношенном легком обмундировании, с головы до ног покрытые грязью, прикрываясь лишь плащ-палатками, днем промокали до нитки, а ночью замерзали. Если днем могла наступить оттепель, то ночью было очень холодно. Некоторые солдаты в окопах до утра умирали от сильного переохлаждения. Резко возросло число заболевших солдат. Такое положение наблюдалось и в других дивизиях.

         Потери 14-й танковой дивизии за январь составили 354 убитых в бою, 692 раненых и 130 пропавших без вести. В качестве пополнения дивизия получила всего 240 человек, к которым добавились 64 человека, вернувшихся после ранений. На 1 февраля 14-я танковая дивизия при штатной численности 11 890 солдат и офицеров имела в строю 8942 человек; боеготовыми были 4 танка Pz.Kpfw IV и 4 штурмовых орудия StuG III.

Контрудары 8-й полевой армии 1–5 февраля 1944 г.

         1 февраля в бой вступила 13-я танковая дивизия генерал-майора Ганса Микоша. При штатной численности 15 373 офицера и солдата в дивизии было «под ружьём» 11 221 человек, включая 1023 «хиви». На 1 февраля 13-я танковая дивизия имела в строю всего 11 танков Pz.Kpfw IV, 7 танков Pz.Kpfw III и 17 противотанковых САУ «Мардер». В ремонте находились 1 Pz.Kpfw IV, 3 Pz.Kpfw и 2 «Мардера». Дивизия также имела 6 боеготовых и 2 находящиеся в ремонте 15-см САУ «Хуммель», 9 боеготовых и одну ремонтируемую 10,5-см САУ «Веспе».

         Утром 1 февраля части четырёх немецких танковых дивизий (13, 11, 3 и 14-й) XXXXVII (47-го) танкового корпуса перешли в наступление на внешнем кольце Корсунь-Шевченковского (Черкасского) «котла» против советской обороны войск 5-й гвардейской танковой и 53-й армий.

         2 февраля немецкие саперы 11-й танковой дивизии начали восстановление рухнувшего моста в Искренное под огнём советской артиллерии. В это время на плацдарме севернее села находились незначительные силы 11-й танковой дивизии. К полудню был наведен маломощный 10-тонный мост, по которому на плацдарм начали переправляться панцергренадеры и полковая артиллерия.

         2 февраля к Искренное начали подходить по раскисшим дорогам части 3-й и 14-й танковых дивизий. Около полудня основные силы 3-й танковой дивизии стали накапливаться юго-восточнее Искренное, отбивая на своем правом фланге советские контратаки из района южнее Шполы.

         Слабые части 14-й танковой дивизии двигались за частями 3-й танковой дивизии, сдав свои позиции 320-й пехотной дивизии. Оборонительный участок, который оставила 320-я дивизия, заняли подразделения 376-й пехотной дивизии, удлинившей свою полосу обороны за счёт полученных 2 февраля двух батальонов пополнения.

         3 февраля через Шполку был наведён мост типа «К» с максимальной нагрузкой 24 тонны. Такой мост не давал возможность переправить «Пантеры». Для переправки «Пантер», которые составляли около половины всех танков XXXXVII-го танкового корпуса, был необходим мост типа «J», имевший грузоподъемность до 60 тонн. Такого моста не было во всей полосе 8-й армии.

         Наступление с плацдарма у Искренное началось днём, после того как по новому мосту типа «К» на северный берег Шполки переправились танки Pz.Kpfw IV и штурмовые орудия StuG III 13-й танковой дивизии. Немецкие атаки были непродолжительными и вялыми, потому что командир XXXXVII-го танкового корпуса решил развернуть решительное наступление 4 февраля одновременно с III-м танковым корпусом.

         4 февраля III немецкий танковый корпус 1-й танковой армии начал наступление силами 16-й и 17-й танковых дивизий и танкового полка Беке из района Червонный Кут на север для прорыва к окруженной в районе Корсунь-Шевченковского немецкой группировке. На следующий день должна была подойти для развития наступления 1-я танковая дивизия СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер». XXXXVII танковый корпус 8-й армии должен был своими активными действиями отвлечь часть сил советского 2-го Украинского фронта от направления главного удара немецкого наступления.

         На 4 февраля в четырёх танковых дивизиях XXXXVII (47-го) танкового корпуса было всего 59 боеготовых танков и штурмовых орудий, т. е. примерно треть от штатного числа боевых машин одной танковой дивизии.

         14-я танковая дивизия располагала 5 танками Pz.Kpfw IV и 4 штурмовыми орудиями StuG III. Наиболее сильной в корпусе была 11-я танковая дивизия. Она имела 21 «Пантеру» (из них в приданном I-м батальоне 26-го танкового полка – 16), 2 Pz.Kpfw IV и 8 штурмовых орудий StuG III 911-го дивизиона штурмовых орудий. В 3-й танковой дивизии было 12 Pz.Kpfw IV и 2 командирских танка. 13-я танковая дивизия имела всего 3 Pz.Kpfw IV и 2 командирских танка. В дивизиях ещё было много танков и штурмовых орудий, находящихся в ремонте или застрявших в грязи и ожидающих тягачей.

         В танковых дивизиях корпуса ощущалась также большая нехватка мотопехоты. Даже если в дивизиях значилось много людей, это еще не означало существенную силу в пехоте. Полная численность 14-й танковой дивизии без боевой группы фон Брезе, которая не могла доложить о своей численности, находясь в «котле», составляла 8942 человека, в то время как в боевых подразделениях дивизии имелся всего 551 панцергренадер. В 11-й танковой дивизии на 12 464 человек было 1100 панцергренадеров. В боевых подразделениях 3-й танковой дивизии числилось лишь 724 панцергренадера, а в 13-й танковой дивизии – 1420.

         4 февраля после дождя накануне стало солнечно и потеплело. Снежный покров был тонким, местами была грязь. Кое-где зацвели фиалки.

         5 февраля советские части 5-я гвардейской танковой армии генерала Ротмистрова несколько раз атаковали немецкий плацдарм в Искренное, но все атаки были отбиты.

         Частям 3-й и 14-й танковых дивизий была поставлена дневная боевая задача – занять крупное село Липянка и захватить высоты, расположенные севернее села.

         С востока Липянку атаковала боевая группа 14-й танковой дивизии под командованием командира 36-го танкового полка кавалера Рыцарского креста с Дубовыми листьями полковника Вилли Лангкейта (W. Langkeit). В его группу входили III танковый батальон, панцергренадерский батальон и дивизион самоходных гаубиц. Панцергренадеры, увязая в грязи, отстали от своих танков и штурмовых орудий, поэтому некоторые члены экипажей покидали свои машины и вели бой, как пехотинцы. Одно штурмовое орудие подорвалось на мине. Около 10 часов танки боевой группы Лангкейта достигли советских передовых позиций, из которых советская пехота была выбита в ближнем бою. Затем из-за высоты 205,2 открыли огонь советские противотанковые пушки, однако их расчёты ослепило взошедшее позади немецких танков солнце. III батальон 36-го танкового полка под командованием майора Бернау воспользовался этим преимуществом и прорвался через советские артиллерийские позиции, раздавив несколько пушек и не потеряв ни одного танка.

         К полудню танки III-го батальона вышли на восточную окраину Липянки. Панцергренадеры попытались войти в село под огневым прикрытием танков, которые сначала в село не входили. Но панцергренадеры не смогли самостоятельно сломить советскую оборону на окраине села, и атака была продолжена вместе с танками и штурмовыми орудиями через фруктовые сады. По танкам был открыт миномётный огонь. Несколько танков были повреждены. Был тяжело ранен командир взвода лейтенант Рейнбабен. Затем получил ранение командир батальона майор Бернау. В командование III-м танковым батальоном вступил лейтенант Мюллер. К исходу дня, несмотря на большие потери, группа Лангкейта смогла занять южную часть села и на ночь заняла круговую оборону. В течение вечера были отремонтированы два танка Pz.Kpfw IV, которые были повреждены днем.

Подготовка 8-й полевой армии к новому наступлению

         8 февраля было начато планирование нового немецкого контрудара, основное направление которого должно было находиться на левом фланге XXXXVII-го танкового корпуса генерала танковых войск фон Формана. В новом наступлении из района Вербовца в направлении на Звенигородку должны были участвовать 11-я, 13-я и 14-я танковые дивизии. Главный удар должна была нанести 11-я танковая дивизия. Для увеличения её пробивной силы, в состав 11-й танковой дивизии передавались все танки и штурмовые орудия корпуса, которых к тому времени насчитывалось не более 40 машин. Самым сильным подразделением, приданным 11-й танковой дивизии, был 1-й батальон 26-го танкового полка. 11 февраля он имел 18 боеготовых «Пантер», а также 10 танков в краткосрочном и 33 в длительном ремонте.

         Для предстоящего наступления требовалась значительная перегруппировка сил и средств в условиях сильной распутицы. Бывшие позиции 11-й танковой дивизии должны были занять части других дивизий корпуса, у которых увеличивалась протяженность их участков обороны. 106-я пехотная дивизия должна была сменить 14-ю танковую дивизию, которая должна была наступать на правом фланге 13-й танковой дивизии. Начавшаяся рано распутица создавала большие трудности для переброски войск и для их снабжения. В журнале боевых действий III-го танкового батальона 14-й танковой дивизии за эти дни указывалось, что задачи посыльного в батальоне выполнял огнеметный танк, а для доставки боеприпасов и запчастей к нескольким оставшимся танкам использовались шасси танков Pz.Kpfw IV, которые были предназначены для обучения механиков-водителей танков. До окончания распутицы эти шасси были главным транспортным средством для снабжения батальона.

         Ещё 6 февраля в составе 8-й полевой армии начала формирование боевая группа Хаака (Kampfgruppe Haack). Она состояла в основном из вернувшихся из отпусков и госпиталей солдат, чьи дивизии в это время сражались в Корсунь-Шевченковском (Черкасском) «котле». Командовал группой генерал-майор Вернер Хаак (Werner Haack), командир 310-й артиллерийской дивизии, которая фактически состояла из одного штаба.

         Боевая группа «Хаак» сосредотачивалась около Ямполя, слева от частей 11-й танковой дивизии. В соответствии с планом она должна была ударить западнее XXXXVII-го танкового корпуса в северном направлении и захватить переправы на реке Шполка.

         10 февраля дожди, шедшие уже несколько дней, ещё более усилились, и земля полностью раскисла. Однако, несмотря на плохую погоду, наступление нельзя было откладывать. В окружении продолжали находиться около 55 тысяч немецких солдат и офицеров, а советские войска все ближе приближались к единственному аэродрому в «котле».

Наступление левого крыла 8-й армии на Ерки 11–12 февраля

         Поскольку на направлении главного удара не было мостов через реки, которые могли выдержать «Пантеры», последние были отделены от других танков и сведены в боевую группу под командованием майора Карла фон Зиверса (Karl von Sivers), командира 15-го танкового полка (15.Panzer-Regiment) 11-й танковой дивизии. Эта боевая группа была самой сильной из всех групп, сформированных для наступления. Она состояла из «Пантер» 15-го танкового полка и 1-го батальона 26-го танкового полка, II-го батальона 110-го панцергренадерского полка, 1-го артиллерийского дивизиона 119-го самоходного артиллерийского полка и саперной роты 209-го самоходного сапёрного батальона. Некоторые подразделения 11-й танковой дивизии продолжали находиться на плацдарме у Искренное, а южнее, у Скоторева, были связаны оборонительными боями I-й батальон 110-го панцергренадерского полка, имевший полугусеничные бронетранспортеры, и разведывательный батальон дивизии.

         Последние подразделения 13-й танковой дивизии до рассвета 12 февраля отошли с плацдарма в Искренное и направились на усиление частей 11-й танковой дивизии, наступавшей на Звенигородку. На плацдарме их заменили подразделения 14-й танковой дивизией.

         Утром 12 февраля части советского 20-го танкового корпуса контратаковали немецкий плацдарм у Ерков, но были отброшены силами группы Хаака. К полудню 12 февраля в 1-м батальоне 26-го танкового полка оставалось 10 боеготовых «Пантер». Командовавший батальоном лейтенант Вартман, повёл свои танки в обход высоты 204,8 в пяти километрах юго-восточнее Звенигородки, чтобы атаковать ее с северного направления. Он вел в атаку свои танки, высунувшись из командирской башенки танка для лучшего обзора, и был ранен в правое запястье осколком снаряда. Командиром батальона временно стал лейтенант Вейдингер. Он завершил атаку и около 14 часов 30 мин. захватил высоту 204,8 при поддержке пикирующих бомбардировщиков из 2-й эскадры «Иммельман». За 12 февраля в 1-м батальоне 26-го танкового полка безвозвратно потеряна была только одна «Пантера». Она была уничтожена советской артиллерией.

         Вечером 12 февраля части 11-й и 13-й танковых дивизий захватили Скалеватку и Юрковку. Их дальнейшее продвижение было остановлено контратаками частей 49-го стрелкового и 20-го танкового корпусов.

         13 февраля в 14-й танковой дивизии боеготовыми были 4 средние танка Pz.Kpfw IV и 2 штурмовые орудия StuG-III. В 11-й танковой дивизии вместе с приданными частями оставались боеготовыми только несколько средних танков Pz.Kpfw IV 15-го танкового полка дивизии, 8 «Пантер» 1-го батальона 26-го танкового полка, один средний танк Pz.Kpfw IV 8-го танкового батальона и одно штурмовое орудие StuG-III 911-го дивизиона штурмовых орудий. 3-я танковая дивизия имела боеготовыми 14 танков Pz.Kpfw IV, один Pz.Kpfw III (с пушкой 7,5-см) и один командирский танк.

Прорыв Корсунь-Шевченковского (Черкасского) «котла»

         Подготовке к прорыву кольца окружения 15 и 16 февраля мешали плохая погода, почти полная непроходимость дорог, нехватка горючего и боеприпасов, а также накопившаяся большая усталость личного состава. 16 февраля III танковый батальон 36-го танкового полка 14-й танковой дивизии потерял 2 танка при попытке отбуксировать в тыл неисправный бронетранспортер. Все три гусеничные машины полностью застряли в глубокой грязи. После нескольких тщетных попыток вытащить их под периодическим обстрелом советской артиллерии, они были брошены в поле.

         Утром 16 февраля командующий 8-й армией генерал пехоты Отто Вёлер (Otto Wöhler) вылетел в Вербовец, а оттуда на «Кюбельвагене» направился в Ерки, где находились командные пункты 11-й танковой дивизии и боевой группы «Хаак». Туда же прибыли командир XXXXVII-го танкового корпуса генерал танковых войск Николаус фон Форман (Nikolaus von Vormann) и командиры 13-й и 14-й танковых дивизий, генерал-майоры Микош и Унрейн. Командиры дивизий сообщили командующему армией о том, что в войсках не хватает не только горючего и боеприпасов, но и хлеба, ботинок, носков, медикаментов. Солдаты страдали от вшей, усилились инфекции. Большая часть танков и тягачей находилась в ремонте. Моральный дух войск и боевые возможности подразделений находились на низком уровне.

         Прорыв из окружения был начат в 23 часа 16 февраля, чтобы максимально воспользоваться темнотой и внезапностью. Первыми двинулись части корпусной группы «Б» и 72-й пехотной дивизии. Через полчаса к ним присоединились части танковой дивизии СС «Викинг», наиболее сильного соединения группы Штеммермана. В дивизии насчитывалось 11,5 тысяч человек. На её вооружении было 7 танков, 3 штурмовые орудия, 9 самоходных артиллерийских установок «Веспе» и 3 самоходные установки «Хуммель», а также 6 тяжелых полевых гаубиц, 25 легких полевых гаубиц и четыре 10-см пушки. Прорывавшиеся немецкие дивизии были отклонены южнее советским танковым заслоном. На пути немецких колонн была сильно пересеченная местность, изобилующая многочисленными оврагами и крутыми склонами, которая не была проходимой для техники и тяжелого вооружения, которые пришлось бросить, приведя их в негодность. Прорывающиеся немецкие войска стремились к Лысянке.

         Основная масса выходящих из окружения подошли к реке Гнилой Тикич восточнее Лысянки, однако ни мостов, ни других возможностей для переправы не было. Под огнём советских танков Т-34 и противотанковых пушек с холма в 500 метрах от берега с первой попытки не удалось построить какой-нибудь мост. Солдаты, невзирая на ледяную воду и сильное течение, пытались переправиться вплавь или на подручных средствах. Часть из них добралась до противоположного берега, другие утонули из-за тяжелого намокшего обмундирования и переохлаждения.

         К утру 18 февраля удалось построить временные пешеходные мосты, по которым оставшиеся смогли переправиться на южный берег Гнилого Тикича и даже перевезти 20 повозок с ранеными. Всё-таки значительное число солдат смогло выйти по северному берегу реки на запад к Лысянке.

         По данным командира XXXXII-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Маттенклотта из «котла» смогли самостоятельно выйти 27 703 немецких солдата и 1063 «хиви», а также вывезено 7 496 раненых.

         1 марта 14-я танковая дивизия была ненадолго отведена в резерв 8-й армии. В составе 14-й танковой дивизии было 6 средних танков Pz.Kpfw IV, 2 огнеметных танка, 4 штурмовых орудия StuG III и 6 командирских танков. В ремонте находились 4 Pz.Kpfw IV, 1 Pz.Kpfw III, 2 огнеметных танка, 3 StuG III и 2 командирских танка.

         С 23 марта по 6 мая 1944 г. обязанности командира 14-й танковой дивизии исполнял полковник Карл-Макс Грэссель (Karl-Max Gräßel), командир 108-го панцергренадерского полка. 26 июня 1944 г. командир 14-й танковой дивизии Мартин Унрейн (Martin Unrein) был награжден Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту Железного креста. 1 июля ему было присвоено звание генерал-лейтенанта.

Генерал-майор Мартин Унрейн,
Кавалер Дубовых листьев к Рыцарскому кресту
Generalmajor Martin Unrein

Командир 14-й танковой дивизии генерал-майор Мартин Унрейн, Кавалер Дубовых листьев к Рыцарскому кресту

Боевые действия 14-й танковой дивизии в Литве и Латвии в августе–сентябре 1944 г. Участие 14-й танковой дивизии в операции «Двойная голова» (Doppelkopf)

         1 июля 1944 г. командиру 14-й танковой дивизии Мартину Унрейну было присвоено звание генерал-лейтенанта. 15 июля 14-я танковая дивизия была отведена с фронта вглубь Румынии в Цетерини (Ceterini) для восстановления и передана в резерв 8-й немецкой армии группы армий «Южная Украина» (HG Südukraine). 26 июля командир 108-го панцергренадерского полка (Pz.Gren.Rgt. 108) полковник Карл-Макс Грэссель (Karl-Max Grässel) был награждён Немецким крестом в золоте.

         Летнее советское наступление 23 июня – 29 августа 1944 г. (Белорусская стратегическая наступательная операция, кодовое наименование «Багратион») прорвало немецкую оборону севернее Припятских болот и разгромило группу армий «Центр», создав большую брешь в центре Восточного фронта. К концу июля 1944 г. советские танковые, механизированные и стрелковые соединения 1-го Прибалтийского фронта достигли Шяуляя в заключительной фазе «преследования» операции «Багратион». Части 3-го гвардейского механизированного корпуса и 51-й армии повернули на север, на Елгаву (нем. Mitau).

         1 августа 1944 г.14-я танковая дивизия была направлена из Румынии на северный участок Восточного фронта. Она транспортировалась по железной дороге из Ясс через Венгрию, Богемию, Моравию, Польшу и Восточную Пруссию в Литву в район юго-западнее Шяуляя и поступила в резерв 18-й армии группы армий «Север». 14–16 августа эшелоны 14-й танковой дивизии разгружались на железнодорожной станции в Таураге (Taurage, нем. Tauroggen) на юге Литвы. 15 и 16 августа на станции Погегяй (Pogegiai, нем. Pogegen) в 30 км южнее Таураге выгрузился III танковый батальон (III./Pz.Rgt. 36).

         С 16 по 26 августа 1944 г. немецкое командование провело на территории Прибалтики наступательную операцию «Двойная голова» (Unternehmen Doppelkopf). Кодовое название операции было взято от немецкой игры в карты «Доппелькопф» (Doppelkopf). Задачами операции было восстановление прерванного советскими войсками наземного сообщения между отрезанной группой армий «Север» на территории Латвии и Эстонии и группой армий «Центр» и возвращение стратегически важных районов Елгавы (Elgava, нем. Mitau) и Шяуляя (Šiauliai, нем. Schaulen). На планирование операции было отведено мало времени, а подготовленных резервов было недостаточно.

         16 августа части 14-й танковой дивизии продвигались через лесистую и частично заболоченную местность у реки Венты (Venta) западнее Шяуляя (Šiauliai, нем. Schaulen). Они прошли через Вайгуну (Vaiguna) и пошли дальше на Варпутенай (Varputenai, нем. Warputen). Всю ночь на 17 августа и в течение дня танки дивизии (III батальон) двигались своим ходом от Погеген до западнее Смильгяй с последними частями дивизии. На марше вышли из строя из-за технических повреждений около 40% боевых машин, большинство из которых было отремонтировано уже на следующий день. Колесные подразделения понесли потери личного состава на марше вследствие частых налетов советской авиации.

         17 августа передовые отряды 14-й танковой дивизии захватили две важные переправы через р. Венту, в том числе 35-тонный мост (35t-Brücke) в 8 км севернее Шаукенай (Saukenai, нем. Schauken). Затем они атаковали в восточном направлении на Шяуляй (Šiauliai, нем. Schaulen).

         Передовые части 14-й танковой дивизии были остановлены советскими войсками в нескольких километрах восточнее от реки Вента севернее Шаукеняй. При этом советская артиллерия повредила 35-тонный мост через Венту. После этого основные силы 14-й танковой дивизии были переброшены севернее и к исходу 17 августа проведены за частями дивизии «Великая Германия» через реку Венту в Куршенае для последующего наступления на юго-восток.

         18 августа 14-я танковая дивизия после переправы атаковала от Куршеная в юго-восточном направлении. 19 августа ее передовые отряды вышли на дорогу Кельме – Шяуляй в 14 км юго-западнее Шяуляя. Здесь в дивизию с марша прибыли последние подразделения.

         Личный состав I-го батальона 36-го танкового полка (I./Pz.Rgt. 36) был переведён 8–11 августа 1944 г. в Германию на учебный полигон (Truppenübungsplätze, Tr.Üb.Pl.) Графенвёр (Grafenwöhr) в Баварии. 11–15 августа на вооружение I-го батальона поступили 79 танков Pz.Kpfw V Ausf.G «Пантера», из них 6 командирских, 2 эвакуационные «Пантеры» Berge-Pz. V, 3 саперных бронетранспортера Sd.Kfz. 251/7 и 2 санитарных бронетранспортера Sd.Kfz. 251/8. Батальон имел в своем составе 4 танковые роты по 17 танков в каждой и штабную роту (11 «Пантер»).

         20 августа в направлении на Тукумс нанесла удар сводная танковая дивизия «Штрахвиц», также известная как «Танковое соединение графа Штрахвица» (Panzerverband Graf Strachwitz) или группа фон Штрахвица (Gruppe v. Strachwitz), которой командовал полковник граф Гиацинт Штрахвиц фон Гросс-Цаухе унд Камминец (Hyazinth Graf Strachwitz von Groß-Zauche und Camminetz), прежний командир танкового полка «Великая Германия». Одновременно северо-восточнее Тукумса на побережье Рижского залива восточнее Клапкалнса был высажен морской десант. Перед немецкой атакой по позициям советских войск произвел артиллерийский обстрел тяжелый крейсер «Принц Ойген». 21 августа танковая дивизия «Штрахвиц», имея всего 10 боеготовых танков, с боем взяла город Тукумс. Затем группа фон Шрахвица пробила коридор от Тукумса на Ригу и восстановила сообщение с группой армий «Север». К 27 августа коридор между 3-й танковой и 16-й немецкими армиями был расширен до 30 км.

         22 августа для ведения боевых действий в районе западнее Шяуляя севернее канала Вентос 14-й танковой дивизии был придан 510-й тяжелый танковый батальон (510. schwere Panzer-Abteilung) с 20-ю тяжелыми танками Pz.Kpfw VI «Тигр» под командованием майора Курта Гилберта (Kurt Gilbert). Несколько позже из 7-й танковой дивизии прибыла батарея самоходных 75-мм орудий.

         23–25 августа 14-я танковая дивизия занимала позиции в районе Смильгяй западнее Шяуляя и вела разведку к северу и югу от шоссе Куршенай - Шяуляй. С утра 24 августа 36-й танковый полк (Pz.Rgt.36) под командованием подполковника Гэке (Oberstlt. Goecke) перешел в подчинение 551-й народно-гренадерской дивизии (551.G.D). В 10:25 утра 25 августа 551-я гренадерская дивизия начала принимать участок фронта у частей 14-й танковой дивизии.

         26 августа 14-я танковая дивизия перешла под командование XXXIX-го танкового корпуса. Части дивизии двинулись маршем на Упесмуйжа (Upesmuiza), в 25 км восточнее Салдуса (Фрауенбурга). К этому времени в состав дивизии вернулся I танковый батальон «Пантер» 36-го танкового полка майора Молинари, и дивизия снова стала полноценным танковым соединением. В ее составе теперь было 135 танков и штурмовых орудий.

         Операция «Двойная голова» (Доппелькопф) закончилась восстановлением наземного сообщения с группой армий «Север» между Тукумсом и Ригой, но другие задачи операции не были выполнены. Шауляй взят не был.

         К концу августа войска 18-й немецкой армии (28-й, 38-й, 50-й и 10-армейские корпуса и 6-й корпус СС) после отхода из района западнее Пскова закрепились на новом рубеже обороны на фронте около 280 км от озера Выртс-Ярв до Сауснэя, прикрывая Ригу с востока и северо-востока.

         28 августа 14-я танковая дивизия была переподчинена группе армий «Север» и получила приказ на движение пешим маршем и транспортировку техники по железной дороге через Тукумс и Ригу в район северо-западнее Эргли (Ergli). Дивизия поступила в резерв командования группы армий «Север» и расположилась в полосе обороны 18-й армии в районе Таурупе (20 км западнее Эргли) – Яунпилс. Дивизию предполагалось использовать против предполагаемого прорыва советских войск у Эргли.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в Латвии в сентябре 1944 г.

         31 августа 14-я танковая дивизия была на короткое время передана в резерв 18-й армии и получила несколько дней отдыха. В частях производился ремонт техники. В I-м танковом батальоне у многих «Пантер» устранялись технические повреждения, полученные во время перехода. II танковый батальон с 31 августа по 2 сентября был занят переформированием и техническим обслуживанием боевых и транспортных машин (Fahrzeugpflege) и располагался в Вилкарес (Vilcares).

         5 сентября 1944 г. исполняющим обязанности командира 14-й танковой дивизии был назначен полковник Оскар Мунцель (Oskar Munzel), руководивший до этого 1-й школой танковых войск (Panzertruppenschule I) в Берген-Хоне (Bergen-Hohne).

Полковник Оскар Мунцель
(Oberst Oskar Munzel)

Полковник Оскар Мунцель (Oberst Oskar Munzel)

         Ранним утром 14 сентября 1944 г. советские войска после 90-минутного артобстрела начали общее наступление на пространстве от Чудского озера до Шяуляя. Затем по немецким позициям нанесли удар сотни советских штурмовиков Ил-2, пикирующих бомбардировщиков и истребителей.

         Части 14-й танковой дивизии были направлены в район южнее поселка Эргли (Ergli), где советские войска смогли прорваться на участке 132-й пехотной дивизии (132. Inf.Div.). Для нанесения контрудара дивизия временно была подчинена X-му армейскому корпусу 18-й армии (18. Armee - AOK 18) генерала пехоты Эренфрида Оскара Бёге (General der Infanterie Ehrenfried Oskar Boege). Начальником штаба 18-й армии был генерал-майор Мерк (Chef des Generalstabes Generalmajor Merk).

         Части 14-й танковой дивизии совершили переход своим ходом. Большую часть пути они двигались по шоссе на Эргли. Во время 40-километрового марша советская авиация неоднократно бомбила шоссе, по которому двигались колонны дивизии, а советская артиллерия открыла заградительный огонь по дороге. Несколько имевшихся на пути мостов необходимо было укрепить для прохождения тяжелых «Пантер». Поэтому дивизия прибыла в исходный район только к полудню 15 сентября. Две ударные группы дивизии во второй половине дня начали контратаку на мызу (хутор) Лиепкальне (Liepkalne) под сильным советским артиллерийским огнем. В первую боевую группу под командованием полковника Гэке (Goecke) входили 36-й танковый полк, I батальон 103-го панцергренадерского полка, два артиллерийских дивизиона, зенитная батарея, две противотанковые и две саперные роты. Вторая боевая группа состояла из 108-го панцергренадерского полка, артиллерийского дивизиона, противотанковой и саперной рот.

         Утром 16 сентября части 14-й танковой дивизии снова пошли в наступление. С самого начала по району их сосредоточения советская артиллерия открыла сильный огонь, от которого немецкие группы понесли большие потери. Обе боевые группы дивизии медленно продвигались вперед против сильного советского огня, однако были вынуждены остановиться. I танковый батальон в своем первом бою в районе Венени понес значительные потери. Оставшиеся танки с панцергренадерами 103-го полка продолжили атаку. Приблизившись к окраине мызы Лиепкальне, немецкие танки попали под огонь советских замаскированных противотанковых пушек и тяжелых гаубиц. Почти половина «Пантер», принимавших участие в бою, получила повреждения от обстрела или по техническим причинам. Были ранены командир II-го батальона 36-го танкового полка капитан Нойендорф, его адъютант лейтенант Каролс и командир II-го батальона 108-го панцергренадерского полка капитан Кунат.

         Вместе с прорывом около Эргли советские войска вели наступление также южнее Западной Двины (Даугавы). Советский 3-й механизированный корпус, наступавший на Векмуизу, разгромил 205-ю пехотную дивизию, оттеснив ее остатки на север, прорвал оборону 215-й пехотной дивизии восточнее поселка Иецава и продолжал продвижение на Балдоне с целью выйти к Риге. Для немецкой группировки, расположенной севернее Западной Двины (Даугавы), снова возникла опасность окружения.

         С наступлением темноты вечером 16 сентября атаки 14-й танковой дивизии были прекращены. В это время дивизия получила приказ на немедленную переброску через Ригу в район Балдоне против вклинившихся в немецкую оборону южнее Риги советских танковых и механизированных соединений. Большинство вышедших из строя «Пантер» было восстановлено. Из штаба дивизии поступил приказ по радио направить все находящиеся на ходу «Пантеры» и другие танки назад в Венени.

         К утру 17 сентября танки I-го батальона майора Молинари и II-го батальонов капитана Шурига вышли к погрузочным платформам станции Таурупе. За ними по пятам продвигался советский танковый авангард, который попытался отсечь замыкающие немецкие подразделения от основных сил. Вспыхнула ожесточенная танковая перестрелка, в которой «Пантеры» продемонстрировали преимущества своих танковых орудий. Штурмовые орудия капитана Шурига подбили несколько советских танков, остальные отошли. Танки 36-го танкового полка смогли погрузиться в эшелоны без всяких помех.

         17 сентября полковник Мунцель прибыл к начальнику штаба I армейского корпуса для получения задачи на контрудар. В это время части 205-й пехотной дивизии, с которыми не было никакой постоянной связи, отходили на север и северо-восток. Не было достоверных данных о положении 215-й пехотной дивизии. В этих условиях было крайне необходимо как можно скорее занять поселок Балдоне до подхода к нему советских передовых отрядов и удерживать его.

         Моторизованные подразделения 14-й танковой дивизии подходили из Риги к селению Кекава на развилке дорог посредине между Ригой и Балдоне. На основе 103-го панцергренадерского полка была сформированы две боевые группы. Во второй половине дня 17 сентября I батальон 103-го панцергренадерского полка во главе с полковником Муммертом начал движение на Клапиарстес, а II батальон полка уже двигался через Балкас, Друкаскрогс на Арестес. Западнее Масани продвигались 1-я и 2-я тяжелые зенитные батареи 276-го армейского зенитного дивизиона, а 3-я легкая зенитная батарея расположилась на позициях у мызы Кельмини.

         Части 14-й танковой дивизии встретились с советскими передовыми отрядами южнее поселка Кекава. Боевая группа полковника Муммерта оттеснила их за линию, проходящую через высоту 22,6 у поселка Друкаскрогс и высоту 81,9 у Клапи.

         18–27 сентября дивизия вела оборонительные бои в районе Балдоне. В жестких боях немецким войскам удалось остановить советский прорыв в направлении Риги.  «Пантеры» I-го батальона 36-го танкового полка (I./Pz.Rgt. 36) прибыли в район боевых действий лишь 19 сентября и сразу вступили в бой сначала при Vecvildas.

         20 сентября 14-я танковая дивизия контратаковала в Балдоне (Baldone) юго-восточнее Риги. Полковник В. Муммерт, командир 103-го панцергренадерского полка был тяжело ранен и затем эвакуирован для лечения в Германию. 23 октября 1944 г. он был награждён Мечами (№ 107) к Рыцарскому кресту с Дубовыми листьями. После выздоровления в ноябре 1944 г. полковник резерва Муммерт был назначен командиром 103-й танковой бригады, 15 января 1945 г. получил назначение на должность командира танковой дивизии «Мюнхеберг». 1 февраля 1945 г. он получил звание генерал-майора резерва. 2 мая 1945 г. генерал-майор Муммерт был взят в плен советскими войсками в районе Шпандау. Умер в плену 28 января 1950 г.

         С 22 сентября 14-я танковая дивизия постепенно была сменена 11-й добровольческой панцергренадерской дивизией СС «Нордланд» (11. SS-Freiw.Pz.Gren.Div. 'Nordland'), 11-й и 225-й пехотными дивизиями.

         27 сентября большое советское наступление на Ригу везде было остановлено. С 27 сентября 14-я танковая дивизия начала переброску своих частей в Ригу. До 4 октября части дивизии находились в Риге и ее окрестностях на отдыхе.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в курляндском «котле» в октябре–декабре 1944 г.

Отход немецких войск в Курляндию и бои между Приекуле и Скуодасом в начале октября 1944 г.

         В начале октября линия фронта в Прибалтике кольцеобразно протянулась вокруг Риги с радиусом около 50 км, затем проходила дальше на юго-запад через Елгаву (Elgava, нем. Mitau) и Добеле (Dobele, нем. Doblen), потом поворачивала на юг и проходила восточнее Ауце (Auce, нем. Autz) и Акмене (Akmene) и западнее Шяуляя (Schaulen). 14-я танковая дивизия находилась в резерве в Риге (Riga) и ее окрестностях и занималась пополнением своих частей и ремонтом танков.

         5 октября советский 1-й Прибалтийский фронт начал Мемельскую наступательную операцию на участке Шяуляй – Акмене в общем направлении на Клайпеду (Мемель). 14-я танковая дивизия снова была передана в состав 3-й танковой армии и должна была двигаться из Риги в район Мажейкяя (Mažeikiai, нем. Moscheiken). Дивизия начала марш в 10 часов утра. Несмотря на большие дорожные заторы, головная колонна дивизии в 16 часов 5 октября достигла поселка Джуксте (Džūkste). Затем части дивизии прошли через Добеле, Ауце и ночью остановились в районе Эзере (Ezere).

         В конце сентября 1944 г. командиром 36-го танкового полка был назначен подполковник Бернхард Зауфант, который командовал I-м танковым батальоном этого полка еще под Сталинградом, за что 17 декабря 1942 г. получил Рыцарский крест. В 1943 г. в операции «Цитадель» он был командиром 505-го тяжелого танкового батальона. За бои на Курской дуге он получил 28 июля 1943 г. Дубовые листья к Рыцарскому кресту, а после ранения обучался на курсах в школе танковых войск в Бергене.

         К новому месту службы Зауфант прибыл 5 октября, когда 14-я танковая дивизия совершала марш из Риги в Ауце. В ночь на 6 октября 36-й танковый полк во главе с Заувантом достиг поселка Эзере, где затем до полудня 6 октября ожидал подхода отставших панцергренадеров. Затем они двинулись через Вайнёде (Vainode) в район юго-восточнее Приекуле (Priekule, нем. Preekuln), куда прибыли 7 октября. Здесь 14-я танковая дивизия должна была отразить удар советских войск на балтийский порт Лиепая (Liepaja, нем. Libava).

         Утром 8 октября 36-й танковый полк сосредоточился западнее Скуодаса. Первыми начали движение в соторну противника «Пантеры» I-го батальона под командованием майора Молинари. Во главе батальона двигались 10 «Пантер» роты обер-лейтенанта Герберта Циммермана, за ними шел танк командира полка с двумя танками сопровождения. Немецкая танковая колонна прошла через Берцукрогс (Berzukrogs) и подошла к Грамзде (Грамздасу). Затем I батальон повернул на Лейини (Lejini), где соединился со 108-м панцергренадерским полком (Pz.Gr.Rgt. 108). Вместе они начали атаку в юго-восточном направлении. 12 танков II-го батальона 36-го танкового полка продвигались восточнее поселка Индрики (Indriki), а 103-й панцергренадерский полк при поддержке четырех штурмовых орудий развернулся на рубеже обороны Скуодаса – Нарвиджяй.

         В это время в атаку пошли советские танки. В ходе боя «Пантеры» I-го батальона подбили 11 советских танков и уничтожили 7 противотанковых пушек. Два танка и одно орудие подбил экипаж командира роты обер-лейтенанта Г. Циммермана. Советские танки с наступлением темноты обошли позиции батальона. Командир 108-го панцергренадерского полка полковник Грэссель приказал панцергренадерам и танкистам отступить. Танки, отходя, вели огонь, обеспечивая прикрытие также отходящим панцергренадерам, которые при отходе почти не понесли потерь. Танки I-го танкового батальона и панцергренадеры 108-го полка закрепились на рубеже Копениеки – Пильскални, который удерживали несколько суток.

         Боевые действия 14-й танковой дивизии остановили на время продвижение советских войск в районе Скуодаса, и командование X-го армейского корпуса смогло перебросить на этот участок дополнительные подкрепления. 23-й полк 11-й пехотной дивизии и несколько «Тигров» 502-го тяжелого танкового батальона сменили 103-й панцергренадерский полк восточнее Скуодаса. Затем в этот район подошли панцергренадеры 7-й танковой дивизии. 8 и 9 октября на мемельско-мажейкяйское направление были переброшены с других участков фронта 61-я, 122-я, 23-я и 32-я пехотные дивизии, 4-я танковая дивизия и 45-я охранный полк.

Образование курляндского «котла»

         8 и 9 октября советские 6-я гвардейская, 51-я и 43-я армии 1-го Прибалтийского фронта продолжали наступление западнее Шяуляя. Немецкие войска упорно оборонялись, максимально используя многочисленные в этой местности водные рубежи, усиливая их минно-взрывными заграждениями.

         Войска 6-й гвардейской армии развивали наступление в северо-западном направлении на Мажейкяй и Приекуле. 10 октября ее продвижение было значительно замедленно активными действиями в районе Скуодаса частей 14-й танковой дивизии и вводом в бой в районе ст. Вайнёде 61-й пехотной дивизии и других частей.

         К исходу 10 октября части советской 51-й армии вышли к Балтийскому морю севернее Паланги (Palanga, нем. Polangen) между Лиепаей (Libau) и Клайпедой (Memel). Немецкая группа армий «Север» была отрезана в Курляндии (западной части Латвии) от группы армий «Центр» в Восточной Пруссии. Таким образом, возник Курляндский «котёл» (или «Курляндская крепость»), где по линии Тукумс – Лиепая были блокированы 16-я и 18-я армии группы армий «Север». Это окружение не было полным, т. к. немецкая группировка продолжала получать пополнение и снабжение по морским коммуникациям. Окруженной немецкой группировке предстояли 7-месячные бои на плацдарме «Курляндия» и шесть кровопролитных сражений.

         После того, как название «Курляндский котел» крепко вошло в солдатский обиход, командующий группой армий «Север» генерал-полковник Фердинанд Шёрнер (Ferdinand Schörner), убежденный национал-социалист (Nationalsozialisten), запретил его употребление специальным приказом, в котором утверждалось, что ни какого «котла» не существует, потому что войска в Курляндии постоянно получают всю необходимую помощь через морские порты.

         14-я танковая дивизия и части 11-й пехотной дивизии сорвали попытку прорыва советских войск вдоль побережья Балтийского моря с юга на север и смогли удержать портовый город Лиепаю. Особенно отличилась боевая группа капитана Вольфганга Вольлебена, в которую входили II батальон 36-го танкового полка и II батальон 103-го панцергренадерского полка. 12 и 13 октября эта боевая группа отбросила глубоко вклинившийся в немецкую оборону советский передовой отряд, а затем заняла и удерживала господствующие над местностью высоты. Капитан Вольлебен 14 октября 1942 года был представлен к награждению Немецким крестом в золоте.

         13 октября 14-я танковая дивизия была снова переведена в состав X-го армейского корпуса 18-й армии группы армий «Север». Она продолжала вести тяжелые оборонительные бои юго-восточнее Приекуле вдоль линии Скуодас (Skuodas) – Грамздас (Gramzda) – Индрики (Indriki). После непрерывных боев в течение восьми дней советское наступление на этом участке фронта было окончательно остановлено. 14-я танковая дивизия в этих боях уничтожила или подбила около 100 советских танков и бронетранспортеров. Командир дивизии полковник Оскар Мунцель за эти бои был представлен к Рыцарскому кресту.

         К исходу 15 октября бои юго-восточнее Приекуле стихли. Ночью 14-я танковая дивизия сдала свои позиции 11-й добровольческой панцергренадерской дивизии СС «Нордланд» (11. SS-Freiw.Pz.Gren.Div. 'Nordland'). Основные силы 14-й танковой дивизии двинулись в Приекуле. 36-й танковый полк остался в старом районе до 17 октября, чтобы поддержать эсэсовскую пехоту до прибытия к ней достаточного количества противотанковых частей и штурмовых орудий.

         В ночь на 13 октября войска 16-й немецкой армии отошли из восточной (правобережной) части Риги и взорвали большой мост и другие мосты на Даугаве. 15 октября советские войска захватили западную часть Риги.

         Когда войска группы армий «Север» были полностью отрезаны от территории рейха, снабжение и пополнение войск происходило только через балтийские порты Лиепая и Вентспилс. От предполагаемого прорыва группы армий «Север» в направлении Мемеля категорически отказался верховный главнокомандующий вермахта. Гитлер требовал стойкой обороны группы армий «Север» и приказал называть окруженную курляндскую группировку «Крепостью Курляндия». Он запретил любые попытки прорыва войск группы армий «Север» в направлении Восточной Пруссии. Этим судьба курляндских армий (16-й и 18-й) была решена.

1-е сражение в Курляндии 16–24 октября 1944 г.

         Перед началом 1-го сражения в Курляндии линия фронта проходила южнее Лиепаи, затем через Скуодас (Skuodas), Мажейкяй (Mažeikiai, нем. Moscheiken), Ауце (Auce, нем. Autz), потом поворачивала на север и шла западнее Добеле (Dobele, нем. Doblen) и восточнее Тукумса (Tukums, нем. Tuckum, в некоторых немецких документах – Tukkum) к Рижскому заливу. Штаб группы армий «Север» (Heeresgruppe Nord) размещался в замке Пелчи под Кулдигой.

         18-я армия генерала пехоты Эренфрида Бёге (Ehrenfried Oskar Boege) располагалась на правом крыле курляндского фронта. Штаб армии находился в Айзпуте (Aizpute, нем. Hasenpoth).

         I армейский корпус занимал позиции южнее и юго-восточнее Лиепаи от Балтийского моря до Барты (Barta). В его состав входили 11, 87 и 126-я пехотные дивизии (11., 87. u. 126. Inf.-Div.).

         III танковый корпус СС распологался южнее и юго-западнее Приекуле с 11-й панцергренадерской дивизией СС «Нордланд» и 4-й бригадой СС «Недерланд» (11. SS-Pz.-Gren.-Div. "Nordland", 4. SS-Pz.-Gren.-Brig. "Nederland").

         X армейский корпус (в районе Вайнёде): 30-я и 563-я пехотные дивизии (30.,563 Inf.-Div.).

         II армейский корпус (Вайнёде – Мажейкяй): 132 и 263-я пехотные дивизии (132., 263.ID).

         Оперативная группа «Грассер» генерала пехоты Грассера занимала участок фронта от Мажейкяя через Векшняй и восточнее Ауце до района севернее озера Церес.

         XXXVIII армейский корпус (правое крыло): 32-я, 81-я, 225-я пехотные дивизии, 21-я авиаполевая дивизия, 201-я охранная дивизия. Отведены с фронта и направлены в юго-западном направлении 93-я и 215-я пехотные дивизии.

         L армейский корпус (левое крыло): 24-я, 121-я и 122-я и 329-я пехотные дивизии.

         16-я армия (генерал пехоты Карл Август Гильперт) находилась на левом крыле курляндского фронта.

         VI армейский корпус СС (19-я дивизия СС, 290-я и 389-я пехотные дивизии) занимал позиции от Добеле до Джуксте.

         Корпусная группа фон Меллентина (205, 227-я пехотные и 281-я охранная дивизии) располагалась юго-восточнее и восточнее Тукумса.

         XXXXIII армейский корпус оборонял побережье Курляндии и острова в Балтийском море.

         4-я, 12-я и 14-я танковые дивизии (4., 12. und 14. Pz.-Div.) находились в резерве и располагались соответственно у Гробиня, Айзпуте и под Приекуле. В резерве находились также учебно-полевая дивизия «Север» (Feld-Ausbildungs-Div. Nord), 502-й и 510-й отдельные тяжелые танковые батальоны, вооруженные тяжелыми танками Pz.Kpfw VI «Тигр», и отдельные бригады и батальоны штурмовых орудий.

         16 октября, на следующий день после взятия советскими войсками Риги, войска 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов (29 стрелковых дивизий, танковый корпус с тяжелыми танками ИС-2 и 4 механизированные бригады) начали наступление на немецкую группировку в Курляндии.

         2-й Прибалтийский фронт под командованием генерала армии Андрей Иванович Еременко наносил главный удар между Рижским заливом и Добеле (Dobele, нем. Doblen) на участке фронта 16-й немецкой армии. Войска советских 3-й ударной, 42-й армий и часть сил 22-й армии наступали из района Добеле в западном направлении на Спринги (Springi). 1-я ударная армия атаковала вдоль побережья Рижского залива на Тукумс (Tukums, нем. Tuckum).

         Вспомогательный удар на Ауце (Auce, нем. Autz) и далее на Салдус (Saldus, нем. Frauenburg) на левом фланге оперативной группы «Грассер» и на стыке ее с 16-й армией наносили советские 12-й и 72-й механизированные корпуса. Их продвижение остановили 24, 93 и 122-я пехотные дивизии, которые только за первые сутки сражения потеряли 1050 человек убитыми и ранеными.

         Войска 2-го Прибалтийского фронта не смогли существенно продвинуться вперед. Лишь 1-я ударная армия, наступавшая вдоль побережья Рижского залива, добилась успеха. 18 октября ее войска форсировали реку Лиелупе (Lielupe) и заняли поселок Кемери, но на следующий день были остановлены в 10 км восточнее Тукумса.

         1-й Прибалтийский фронт под командованием генерала армии И. Х. Баграмяна наступал из района Вайнёде (Vaiņode, нем. Wainoden) – Скуодас (Skuodas) с задачей выйти на железную дорогу Салдус (Saldus, нем. Frauenburg) – Скрунда (Skrunda, нем. Schrunden) – Лиепая, имея конечной целью захватить важнейший порт Лиепая (Liepaja, нем. Libava). На направлении главного удара 1-го Прибалтийского фронта были сосредоточены 6-я гвардейская и 51-я армии. 6-я гвардейская армия наступала из района Вайнёде на Скрунду и Салдус, а 51-я армия из района Скуодаса на Айзпуте и Лиепаю. Во втором эшелоне находились 61-я армия, передислоцированная из 3-го Прибалтийского фронта, и 5-я гвардейская танковая армия.

         Войска 51-й армии после напряженных боев смогли прорваться на участке 30-й пехотной дивизии и 11-й дивизии СС «Нордланд» в районе Вайнёде. В прорыв вошли советские танковые соединения, против которых были направлены танки 4-й танковой дивизии. Затем на этот участок фронта были направлены 14-я танковая и 563-я пехотная дивизии. Наступление советских войск на этом участке было остановлено.

Немецкий контрудар в районе Вайнёде 24–25 октября 1944 г.

         Главным узлом снабжения всей немецкой группировки в Курляндии был порт Лиепая (Liepaja, нем. Libava). Большинство грузов из Германии доставлялась через этот порт: пополнение, вооружение, боеприпасы, снаряжение, горючее, продовольствие, медикаменты и почта для солдат и офицеров. Население Лиепаи в это время составляло около 50 тыс. человек.

         Чтобы обезопасить главный перевалочный пункт группы армий – порт и город Лиепая – командование 18-й армии решило отодвинуть линию фронта подальше от Лиепаи, а для этого провести контрнаступление в районе Вайнёде. Вечером 23 октября танки 14-й танковой дивизии прошли южнее Эмбуте в исходный район у Смикстери (Smiksteri). В Курляндии уже начались затяжные осенние дожди и ветры.

         Утром 24 октября после 40-минутного артобстрела и авианалета части 14-й танковой и 563-й пехотной дивизий атаковали в направлении Яунамуйжа, Вайнёде позиции советских 83-го и 60-го стрелковых корпусов 4-й ударной армии. От Смикстери на юг наступали танки 2-й роты капитана резерва Арендта I-го танкового батальона майор Молинари и танки капитана Вольлебена II-го танкового батальона. Из Бутели атаковала на юг пехота 563-й дивизии, поддержанная ротой штурмовых орудий обер-лейтенанта Айнфельда. После тяжелого боя немецкие войска продвинулись на 3 км южнее, уничтожив 38 советских орудий, и вышли на рубеж Мичкас – Муцениеки – Яунамуйжа, где сильный огонь советской противотанковой артиллерии и плохие дороги на пересеченной болотисто-лесистой местности остановили немецкую атаку. Однако на участке 563-й пехотной дивизии оставались незакрытые бреши. В них прорвались почти 50 советских танков и САУ 19-го танкового корпуса.

2-е сражение в Курляндии 27 октября – 25 ноября 1944 г.

         Второе наступление советских войск на немецкую курляндскую группировку в связи с нелетной погодой было перенесено с 26 на 27 октября. В 6 часов утра 27 октября советская артиллерия начала полуторачасовой обстрел немецких позиций, за которым последовали бомбо-штурмовые удары авиации. Войска 1-го Прибалтийского фронта перешли в наступление в 10 ч. 30 м., а войска 2-го Прибалтийского фронта в 11 ч. 20 м. Целью советского наступления был прорыв к балтийским портам Лиепая (Liepaja, нем. Libau) и Вентспилс (Ventspils, нем. Windau), чтобы окончательно отрезать немецким войскам пути отхода через море и уничтожить курляндскую группировку группы армий «Север».

         Главный удар советские войска нанесли в полосе 18-й армии на участке X-го армейского корпуса и III-го танкового корпуса СС между Вайнёде (Vaiņode, нем. Wainoden) и Скуодасом (Skuodas, нем. Schoden). На направлении главного удара наступали 61-я, 6-я гвардейская и 51-я советские армии. Затем в образовавшиеся в немецкой обороне прорывы вошли танки 5-й гвардейской танковой армии.

         Основной советский удар пришелся на участок 30-й пехотной дивизии северо-восточнее Вайнёде. Немецкая оборона была прорвана во многих местах. Эти прорывы фронта ликвидировать не удалось. Прорвавшиеся советские войска двигались дальше на север на Эмбуте, Рудбаржи. Части 30-й дивизии были вынуждены отходить, на ее правом фланге была потеряна связь с 14-й танковой дивизией. Находящаяся севернее Вайнёде 14-я танковая дивизия сначала сдерживала советское давление. На подходе к Смикстери (Smiksteri) оборонялись 108-й панцергренадерский полк, противотанковый дивизион и танки Вольлебена.

         Севернее Вайнёде боевая группа 14-й танковой дивизии, чтобы не быть отрезанной от основных сил дивизии после отхода частей 30-й дивизии, вечером 28 октября была вынуждена отступить на несколько километров на север на рубеж Ягамани – Сермоли – Брувелини.

         Утром 29 октября после мощной артподготовки советские войска нанесли удар по позициям 30-й пехотной дивизии и правого фланга 14-й танковой дивизии. Советские части вклинились в немецкую оборону, но «Пантеры» I-го батальона, штурмовые орудия II-го батальона 36-го танкового полка и введенные в бой на участке дивизии «Тигры» 510-го тяжелого танкового батальона (s.Pz.Abt. 510) смогли ликвидировать все советские прорывы на этом участке. Командование 18-й немецкой армии приняло решение отвести с фронта 14-ю танковую дивизию и перебросить ее на запад в район Приекуле, справедливо опасаясь нового советского удара в этом районе. В ночь на 30 октября части 14-й танковой дивизии оставили свои позиции, которые заняла 263-я пехотная дивизия. 30-31 октября давление советских войск на Приекуле усилилось. X армейский корпус (30, 31, 263, 563-я пехотные дивизии, 4-я и 14-я танковые дивизии) был втянут в очень тяжелые оборонительные бои.

         Во второй половине 31 октября и 1 ноября советские войска прорвали оборону 14-й танковой дивизии на нескольких участках и вынудили её отойти через Дзелду (Dzelda). В ночь на 2 ноября части дивизии заняли новые позиции южнее линии Свинпии (Svimpii) – Дзелзгалескрогс (Dzelzgaleskrogs) – Метрайне (Metraine) – Вартая (Vartaja) – Стрики (Striki) взорваны оба моста через р. Дзелду. Однако советские войска смогли форсировать реку и создать плацдарм на ее северном берегу. Части 14-й танковой дивизии смогли своими контратаками остановить дальнейшее продвижение советских войск на этом участке и отбили тактически важное поместье Маздзелда. Общие потери группы армий «Север» с 1 по 7 ноября составили 44 тыс. человек, из них более 10 тыс. убитыми.

         4-я, 12-я и 14-я танковые дивизии по очереди отводились с фронта и использовались как резерв на опасных участках фронта. Они время от времени переходили в контратаки на разных участках, но имели только незначительный успех. 14-ю танковую дивизию во всех штабах и соединениях немецкой курляндской группировки называли «пожарной командой Курляндии».

         Затяжные дожди, продолжавшиеся с конца октября, и размокшие дороги затрудняли переброску резервов на угрожаемые участки фронта. Танки 14-й танковой дивизии часто перебрасывались с одного участка фронта дивизии на другой. К 12 ноября атаки на участке дивизии прекратились. Основные силы 36-го танкового полка находились восточнее перекрестка у Дзелзгалескрогс, а небольшие танковые отряды были временно оставлены 6-му полку 30-й пехотной дивизии при Дицмани (Dicmani), 408-му полку 121-й пехотной дивизии при Сепенескрогс (Sepeneskrogs) и Глазниеки (Glaznieki), а также 263-й пехотной дивизии южнее Грабий (Grabij).

         Попытки советских шести общевойсковых и одной танковой армий прорвать немецкую оборону принесли лишь тактические успехи. Линия фронта теперь пролегала по рубежу Кемери – Гардене – Лецкава – южнее Лиепаи.

         В период временного затишья командование группы армий «Север» провело вело реорганизацию и перегруппировку войск. Армейская группа генерала кавалерии Клеффеля (до 29 октября группа Грассера) была эвакуирована морем из Вентспилса в Данциг (Гданськ) и Готенхафен (Гдыня) для участия в боях в Восточной Пруссии. Группа генерал-лейтенанта фон Меллентина была переименована в XVI армейский корпус. Истощенные в боях 207 и 285-я охранные дивизии были расформированы. 4-я, 12-я и 14-я танковые дивизии были отведены на кратковременный отдых и восстановление и пополнялись личным составом и техникой.

         19 ноября в 10 ч. 30 м советской артподготовкой 1-го Прибалтийского фронта началась 2-я фаза 2-го сражения в Курляндии. 19 советских передовых батальонов 6-й гвардейской армии генерал-полковника Чистякова и 4-й ударной армии генерал-лейтенанта Малышева начали наступление на позиции XXXVIII-го и II-го армейских корпусов. Главной целью советских войск был город и станция Салдус (Saldus, нем. Frauenburg). Им удалось глубоко вклиниться на стыке между 31-й фолькс-гренадерской и 32-й пехотной дивизий (31. V.G.D., 32. I.D.) юго-западнее Скрунды, прорвав первую и вторую линию немецкой обороны. После чего они стали развивать наступление на север.

         14-я танковая дивизия получила приказ контратаковать наступающие советские части, чтобы восстановить передний край обороны (HKL). Под вечер 19 ноября I батальон 36-го танкового полка (I./Pz.Rgt. 36) и 108-й панцергренадерский полк (Pz.Gren.Rgt. 108) начали контратаку на участке 94-го полка 32-й пехотной дивизии (Gren.Rgt. 94/32. I.D.) южнее Грабий. «Пантеры» быстро вышли в район севернее Лиелдзелда (Lieldzelda), но затем не смогли поддержать продвижение панцергренадеров через Митениеки (Mitenieki) и Sudmalkalns. Танкам преградил дорогу непроходимый овраг, а единственный возможный переход у Циммери (Cimmeri) был надежно защищен советскими противотанковыми средствами. «Пантеры» прекратили атаку и заняли позиции на опушке леса южнее хутора (мызы) Пурвакрогс (Purvakrogs) севернее поселка Киммери.

         22 ноября части 14-й танковой дивизии заняли исходный район на участке 463-го полка 263-й пехотной дивизии для проведения на следующий день контратаки с целью ликвидации прорыва линии фронта между Дзелзгалескрогс (Dzelzgaleskrogs) и Метрайне (Metraine). Однако 23 ноября в 8 часов началась советская артподготовка. Ураганный артиллерийский огонь, в котором участвовали орудия большого калибра и реактивные установки БМ-13 («Катюша»), продолжался более часа, после чего немецкие позиции подверглись атакам штурмовиков и бомбардировщиков. Затем в наступление перешли войска 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов. Атака на позиции 14-й танковой дивизии советских танков и стрелковых частей, в том числе штрафного батальона, опередила запланированную немецкую контратаку. Продвижение советских войск на этом участке было остановлено панцергренадерами, поддержанными «Пантерами». В контратаку был направлен и II батальон 108-го панцергренадерского полка, находившийся во втором эшелоне в 2 км от переднего края обороны. Панцергренадерам удалось оттеснить батальоны 212-й стрелковой бригады, поддержанные танками 3-го гвардейского мехкорпуса, на их исходные позиции.

         25 ноября советское командование издало приказ об отмене наступления. В нем отмечались отрицательное влияние погодных условий и недостаточная подготовка стрелковых подразделений, так как пополнение они получили за 2–3 дня до наступления. В конце ноября из состава 2-го Прибалтийского фронта была выведена 3-я ударная армия, а из состава 1-го Прибалтийского фронта – 2-я гвардейская, 61-я и 5-я гвардейская танковая армии.

         В течение последующих дней 14-я танковая дивизия приняла участок фронта 32-й пехотной дивизии. В ее подчинение были переданы части 125-й пехотной дивизии и две батареи штурмовых орудий из 184-го и 600-го дивизионов. 36-й танковый полк был выведен с линии фронта в резерв. С 23 октября по 26 ноября полк подбил 68 советских танков (в том числе 20 ИС-2) и 102 орудия.

         С 26 ноября 1944 г. по 21 января 1945 г. 14-я танковая дивизия входила в состав II-го армейского корпуса 18-й армии, иногда выводясь в резерв армии.

         1 декабря 1944 г. в командование дивизией вновь вступил выздоровевший после тяжелой болезни генерал-лейтенант Мартин Унрейн (Martin Unrein) и командовал ею до 10 февраля 1945 г.

         3 декабря 14-я танковая дивизия была сменена 83-й пехотной дивизией и переброшена в район Рудбаржи (Rudbarzi) – Гранди (Grandi) – Биржали (Birzgali). Налеты авиации и беспокоящий огонь советской артиллерии сделали необходимой новую передислокацию боевых частей дивизии с 11 декабря в район севернее участка дороги Маздрогас (Mazdrogas) – Калвене (Kalvene) – Рудбаржи (Rudbarzi). Тыловые части двигались в район Хасенпот (Hasenpoth) – Казданга (Kazdanga) и вдоль автострады на Гробиня.

         Сразу после окончания 2-го сражения в Курляндии советские войска начали подготовку к 3-му сражению. Во время подготовки к наступлению советская авиация совершала разведывательные полеты над немецкими позициями и наносила бомбовые удары по путям снабжения, несмотря на высокие потери советской авиации, которые причиняли немецкие зенитные батареи. 15 декабря 3-я советская воздушная армия нанесла сильный бомбардировочный удар по порту Лиепая и немецким аэродромам Сирава, Скрунда, Гробиня. В налете участвовало 529 самолетов (186 бомбардировщиков и 343 истребителя). Им противодействовали 120 немецких истребителей, из которых 40 было сбито. Было затоплено несколько пароходов, в порту возникли пожары. Сильным воздушным атакам подвергся аэродром в Гробиня у Лиепаи, что привело к большим потерям в 54-й истребительной эскадре «Зеленое сердце» (Jagdgeschwader 54).

         В середине декабря советские части 6-й гвардейской и 4-й ударной армий провели разведку боем по обе стороны реки Вента на Скрунду (Skrunda, нем. Schrunden). Хотя 14-я танковая дивизия была поднята по тревоге, но осталась в своем районе расквартирования, так как все советские атаки были отражены в основном дивизиями первого эшелона. Наступление советских войск на Ленас было остановлено и постепенно затихло в болотах и лесах между Куркисесом и Авоти.

3-е сражение в Курляндии 21–31 декабря 1944 г.

         В середине декабря в Курляндии начались морозы. Раскисшая земля замерзла и дала возможность свободного передвижения бронетехники и автотранспорта.

         21 декабря советские войска начали очередное наступление, главной целью которого был Салдус. После длительной артиллерийской подготовки с использованием 170 тысяч снарядов и авиационной подготовки 4-я ударная армия 1-го Прибалтийского фронта, 10-я гвардейская и 42-я армии 2-го Прибалтийского фронта в 11:20 утра начали атаки на позиции 18-й немецкой армии и на стыке 16-й и 18-й армий на фронте шириной 35 км.

         Четыре стрелковые корпуса 4-й ударной армии перешли в наступление на участке Тирмениеки – Брандавас, где оборонялись 329, 225, 205 и 132-я пехотные дивизии I-го и XXXVIII-го армейских корпусов. Непосредственно перед наступлением эти дивизии были уплотнены частями 218-й пехотной дивизии, которая была эвакуирована с острова Сааремаа. Дивизии XXXVIII-го корпуса южнее Салдуса находились под сильным артиллерийским обстрелом. Была потеряна связь между 205 и 215-й пехотными дивизиями. К исходу первого дня наступления войска 4-й ударной армии прорвали немецкую оборону на фронте в 14 км и продвинулись в глубину до 5 км, овладев при этом укрепленным опорным пунктом Пампали. На участке 218-й пехотной дивизии II-го корпуса советские войска прорвали немецкую оборону на ширине около 10 км и продвинулись на глубину до 3 км. В ожесточенные бои был втянут и XVI армейский корпус.

         Ночью на 22 декабря советские атаки усилились. Находившаяся в резерве 14-я танковая дивизия получила приказ контратаковать. Всю ночь части 14-й танковой дивизии двигались через ст. Калвене (Kalvene) и Падуре (Padure) на фронт, где они в последующие три дня блокировали местные прорывы и контратаковали.

         23 декабря выделялись три направления советских атак: от Пампали (Pampali), в районе Зварде (Zvarde), расположенном юго-восточнее Салдуса (Frauenburg), а в 10 ч. 50 м. в районе Джуксте (Džūkste) наступление начали 1-я ударная и 22-я армии 2-го Прибалтийского фронта.

         К исходу святого вечера (24 декабря) 1944 г. советские войска неожиданно прекартили свои атаки в районе Пампали. Боевые группы 14-й танковой дивизии вернулись в свое расположение и продолжили пополнение техникой и личным составом.

         На Рождество (25 декабря) на салдусском направлении господствовало относительное спокойствие, хотя никогда нельзя было говорить о полной остановке всех боевых действий.

         26 декабря началась 2-я фаза 3-го сражения в Курляндии. Советские войска нанесли новый удар южнее Тукумса по позициям VI-го армейского корпуса СС и 227-й пехотной дивизии в районе Лестене (Lestene) – Джуксте (Džūkste), где наступали 130-й латышский стрелковый корпус 22-й армии и 19-й танковый корпус. Они смяли позиции 19-й латышской дивизии СС (19. lettischen SS-Division) и 227-й пехотной дивизии (227. Infanterie-Division). Против советских танковых частей, наступавших на Лестене с юго-востока, был выдвинуты 666-й тяжёлый противотанковый дивизион (schwere Heeres-Panzerjäger-Abteilung 666) с его 8,8 см орудиями и другие резервы. 28 декабря советское наступление остановилось примерно в 1 км перед Лестене.

         27 декабря советские войска 6-й гвардейской армии нанесли удар также по позициям 31 и 126-й пехотных дивизий II-го армейского корпуса с целью прорваться к Лиепае. Направленная на этот участок 14-я танковая дивизия смогла предотвратить прорыв линии фронта. 31 декабря 1945 г. бои стихли почти всюду. В 3-м сражении в Курляндии обе стороны понесли большие потери.

Боевые действия 14-й танковой дивизии в Курляндии в 1945 г.

         В начале января 1945 г. 14-я танковая дивизия находилась в Скрунде (Skrunda, нем. Schrunden) и окрестностях. В дивизию поступил приказ выделить все свободные транспортные средства для вывоза снаряжения некоторых дивизий в морские порты. Поползли слухи, что скоро будет начата эвакуация курляндской группировки. Но затем в 14-ю танковую дивизию прибыло пополнение и оружие, и надежда на возвращение на родину угасла. В сильный снегопад и вьюгу солдаты дивизии начали рыть новые траншеи и землянки. 10 января в противотанковый дивизион прибыла новая батарея противотанковых орудий. Затем дивизия получила новые валенки, утепленные комбинезоны и меховые шапки.

         К началу 1945 г. группа армий «Север» имела в Курляндии 399,5 тысяч человек: 357 тыс. человек в сухопутных войсках, 20,5 тыс. человек в люфтваффе, 12 тыс. человек в войсках СС и полиции, 10 тыс. гражданских лиц на службе в сухопутных войсках. В распоряжении войск группы армий имелось 10 050 единиц транспортных средств в сухопутных войсках и 2265 – в авиации, а также 8779 лошадей. При группе армий находилось ок. 10 тысяч военнопленных.

         Линия фронта в Курляндии шла от побережья Балтийского моря в 20 км южнее Лиепаи (Liepaja, нем. Libava) на восток, затем поворачивала на северо-восток, проходила южнее Дурбе (Durbe, нем. Durben), Скрунды (Skrunda, нем. Schrunden) и Салдуса (Saldus, нем. Frauenburg), затем поворачивала на север и шла восточнее Тукумса (Tukums, нем. Tuckum) к Рижскому заливу.

         15 января новым командующим группой армий «Север» бал назначен генерал-полковник Лотар Рендулич (Lothar Rendulic), командовавший до этого 20-й горной армией в Северной Норвегии. Новым начальником штаба стал генерал-майор Фридрих Фэрч (Friedrich Foertsch), который раньше был начальником штаба 18-й армии. Штаб группы армий был расположен в замке Пелчи (Schloss Pelci) под Кулдигой (Kuldiga, нем. Goldingen). Прежние командующий группы армий генерал-полковник Фердинанд Шёрнер (Ferdinand Schörner) и начальник штаба генерал-майор Ольдвиг фон Нацмер (Oldwig von Natzmer) возглавили группу армий «Центр», переименованную из группы армий «А». Через 10 дней Рендулич был отозван в Восточную Пруссию, и его сменил генерал-полковник Генрих фон Фитингхоф (Heinrich von Vietinghoff).

         Группа армий «Север» в январе 1945 г. перебросила морем несколько соединений и частей на территорию рейха: 32-ю и 227-ю пехотные дивизии и 4-ю танковую дивизию. В последних числах января и в начале февраля были эвакуированы III-й (герм.) танковый корпус СС и 389-я пехотная дивизия, а в середине февраля – 215-я пехотная дивизия.

         С 17 января 1945 г. 4-я танковая дивизия начала транспортировку по железной дороге в порт Лиепая, а с 18 по 24 января вывозилась морским путём из Курляндии в Восточную Пруссию. I батальон 35-го танкового полка 4-й танковой дивизии передал все свои «Пантеры» (41 Pz.Kpfw V Panther Ausf. A и Ausf. G и 5 эвакуационных «Пантер») во II батальон 36-го полка (II./Pz.Rgt. 36), а панцергренадеры 14-й танковой дивизии получили из 4-й танковой дивизии несколько бронетранспортеров, фаустпатроны и пистолеты-пулеметы. Кроме того, несколько штурмовых орудий StuG III прибыли в дивизию как пополнение.

         36-й танковый полк был переформирован. Оставшиеся танки Pz.Kpfw IV были переданы в 12-ю танковую дивизию. Оба батальона были разделены на 3 роты с «Пантерами» и одну роту со штурмовыми орудиями. Танковые экипажи 5–7 рот в короткий срок были переучены на «Пантеры» танкистами I-го батальона. Из II-го батальона в состав I-го батальона была передана рота штурмовых орудий с 15-ю штурмовыми орудиями StuG III Ausf. G. Командиром I-го танкового батальона вместо майора Молинари, отправленного в кадровый резерв главного командования сухопутных сил, был назначен капитан Нойендорф, исполнявший обязанности командира 36-го танкового полка некоторое время в декабре 1944 г.

         На курляндском фронте никогда не было полного затишья. Между большими сражениями в боевых действиях почти не было пауз. Однако положение на фронте в Курляндии вплоть до 20 января 1945 г. можно назвать затишьем. В течение января особое внимание немецкие войска уделяли оборудованию переднего края обороны (Hauptkampflinie). Сооружались новые позиции: стрелковые окопы, бункеры и орудийные позиции. Улучшались существующие пути снабжения. Все сапёрные батальоны в Курляндии были заняты на строительстве.

         Воевавший в составе 18-й армии Вернер Хаупт в своей послевоенной книге «Курляндия» писал об этих днях: «…Все реже из Германии доходят вести до солдат, и они очень незначительны. Только сводки верховного главнокомандования, сообщения армейского радиоцентра в Либаве, фронтовые газеты и доклады национал-социалистических офицеров надзора говорят о новых американских бомбардировках и новом советском наступлении между Вислой и Одером».

         21 января 14-я танковая дивизия была выведена из состава II-го армейского корпуса и на короткое время направлена в резерв 18-й армии группы армий «Север».

4-е сражение в Курляндии 24 января – 4 февраля 1945 г.

         Утром 24 января 1945 г. советская артиллерия короткими, но мощными ударами начала 4-е сражение в Курляндии. Позиции 18-й немецкой армии между Лиепаей и Салдусом подверглись массированному налету советской штурмовой и бомбардировочной авиации. Немецкие наземные части получали от истребителей 54-й истребительной эскадры «Зелёное сердце» (Jagdgeschwaders 54 «Grünherz») лишь очень ограниченную помощь.

         Советские войска атаковали с двух сторон Приекуле (Priekule, нем. Preekuln), южнее Салдуса и северо-западнее Добеле. Атаки одновременно в нескольких местах имели целью растянуть немецкие резервы от направления главного удара. Если бы Лиепая с ее важнейшим портом была потеряна для немецких войск, это означало бы гибель группы армий «Курляндия».

         На направлении главного удара 11 советских дивизий атаковали оборонительные позиции 30-й пехотной дивизии (30. Infanterie-Division) и преимущественно датской 11-й добровольческой панцергренадерской дивизии СС «Нордланд» (dänische 11. SS-Freiw.Pz.Gren.Div. 'Nordland'), которой командовал бригадефюрер СС и генерал-майор войск СС Циглер. Немедленные контратаки замедлили продвижение противника, однако немецкая оборона была прорвана в нескольких местах на глубину до 4 км. В бой вводились тыловые подразделения, чтобы заткнуть образовавшиеся в линии фронта бреши.

         24 января 14-я танковая дивизия была передана в состав III-го танкового корпуса СС (III. SS-Panzerkorps) 18-й армии. Уже в полдень 24 января дивизия была поставлена на марш. Ее панцергренадеры и вооружение грузились на весь имеющийся автотранспорт и перебрасывались в густо-лесистую местность южнее Приекуле (Priekule, нем. Preekuln). К вечеру части дивизии достигли своего исходного района на участке дивизии СС «Нордланд» от Пурмсати (Purmsati) до Калети (Kaleti), чтобы утром следующего дня контратаковать в восточном направлении для закрытия брешей на нескольких участках переднего края обороны (HKL) 11-й добровольческой панцергренадерской дивизии СС «Нордланд».

         25 января 1945 г. группа армий «Север» была переименована в группу армий «Курляндия» (Heeresgruppe Kurland). Сражавшаяся в Восточной Пруссии (Ostpreußen) группа армий «Центр» получала наименование «Север» (Heeresgruppe Nord), а бывшая группа армий «Юг» в Силезии стала группой армий «Центр» (Heeresgruppe Mitte).

         Утром 25 января 14-я танковая дивизия при поддержке 22 тяжелых танков «Тигр» из 510-го тяжелого танкового батальона (Pz.Abt.510) майора Гильберта нанесла контрудар с целью выбить советские войска из лесного массива между хуторами Калети и Пурмсати, расположенными южнее Приекуле. Танки I-го танкового батальона капитана Нойендорфа двигались в лесу по двум просекам между высокими соснами. По ним с замаскированных позиций открыли огонь советские противотанковые батареи. Впереди идущие танки роты Циммермана подавили советские пушки осколочными снарядами. Затем перед немецкими танками появились приближающиеся советские танки. Это были американские танки «Шерман», поставлявшиеся Советскому Союзу по ленд-лизу. Несколько десятков советских танков пошли в атаку на немецкие танки. После первого 30-минутного боя «Шерманы» отступили, оставив на поле боя 11 горящих советских машин. Встречные танковые бои продолжались около 3-х часов.

         К вечеру передний край обороны был полностью восстановлен. При этом дивизия понесла большие потери. 36-м танковым полком и другими частями 14-й танковой дивизии было подбито до трех десятков советских танков. В основном это были танки «Шерман» (Sherman) американского производства. После перегруппировки и артподготовки советские войска снова пошли в атаку, которая была отбита совместными усилиями панцергренадеров и танков. За эти бои Циммерман был награжден Железным крестом 1-го класса.

         С 26 января 14-я танковая дивизия отбивала постоянные местные атаки красноармейцев на свои позиции. 26 января в командование группой армий «Курляндия» вступил генерал-полковник Генрих фон Фитингхоф (Heinrich Gottfried Otto Richard von Vietinghoff) по прозвищу «Шель» (Scheel), что означает «косой» (взгляд), «недружелюбный». До этого он командовал 10-й армией в Италии. Генерал-полковник Л. Рендулич был переведен в Восточную Пруссию (Ostpreußen) и принял командование тамошней группой армий «Север».

         1 февраля при поддержке постоянного артиллерийского огня, советские стрелковые и танковые части нанесли удар севернее Приекуле через возвышенность и атаковали лежащие перед р. Вартая (Vartaja, ин. Вартава) немецкие позиции. Тяжелые бои развернулись в районе Аудари (Audari). Немецкие войска вынуждены были оставить позиции перед рекой. Затем советские войска захватили два плацдарма на западном берегу р. Вартая. Дальнейшее их продвижение было остановлено частями 121-й пехотной дивизии генерал-майора Ранка, 126-й пехотной дивизии полковника Хелицга, 14-й танковой дивизии и дивизионами штурмовых орудий.

         3 февраля советские войска сделали глубокий прорыв на левом крыле 14-й танковой дивизии, на участке фронта 108-го панцергренадерского полка. К исходу дня на этом участке были сосредоточены основные силы дивизии. На рассвете 4 февраля советские войска продолжили наступление на левом крыле 14-й танковой дивизии. 1-я танковая рота капитана Герберта Циммермана (Herbert Zimmermann) была направлена к реке, где советские танки с пехотой на броне прорывались через позиции панцергренадеров 108-го полка. На протяжении двадцати шести часов рота Циммермана вела непрерывный бой. За это время было подбито 26 советских танков. За этот бой Циммерман был представлен к производству в звание майора, а через несколько дней он принял под свое командование II батальон 36-го танкового полка. 5 апреля майор Циммерман был награжден Рыцарским крестом Железного креста. 4 февраля прорыв на участке 14-й танковой дивизии после напряженного боя с советскими танками был ликвидирован. Наступление советских войск на Лиепаю было прекращено.

         4 февраля советское наступление было остановлено. После больших потерь c обеих сторон атаки в снегу, а затем в грязи увязли и затихли. С обеих сторон постепенно прекратился артиллерийский огонь. 4-е сражение в Курляндии закончилось. 5 февраля в сводке верховного командования вермахта (ОКВ) сообщалось: «Боевые действия в Курляндии затихли вследствие значительных потерь, понесенных в предшествующий период».

         Значительный успех немецких войск в оборонительных действиях в 4-м сражении в Курляндии был достигнут с меньшими потерями, чем в 3-м сражении. Общие потери немецкой стороны в 4-м сражении составили более чем 13 тыс. человек (убитые, раненые и пропавшие без вести). С советской стороны потери были больше в три раза. За 11 дней боев советские войска потеряли убитыми и ранеными 40 тыс. человек, более 300 танков и 178 самолетов.

Кадровые перестановки в 14-й танковой дивизии и подготовка сторон к 5-му сражению в Курляндии

         В первой половине февраля в 14-й танковой дивизии прошел ряд кадровых перестановок и переформирований. В формируемую танковую бригаду «Курляндия» из состава дивизии были отданы разведывательный батальон и некоторые подразделения. Командиром танковой бригады «Курляндия» был назначен полковник Хорст фон Узедом (Horst von Usedom), ранее командовавший 108-м панцергренадерским полком. Майор граф фон Риттберг бывший адъютант дивизии, был назначен командиром 14-го противотанкового дивизиона вместо погибшего капитана Шаммлера, но уже в марте стал командиром танковой бригады «Курляндия». Исполняющим обязанности командира I-го танкового батальона был назначен капитан резерва Фельтен Арендт (Hauptmann d.R. Velten Arendt), бывший командир 2-й танковой роты, а командиром II-го танкового батальона стал майор Герберт Циммерман (Herbert Zimmermann).

         1 февраля 1945 г. исполняющим обязанности командира 14-й танковой дивизии был назначен полковник Фридрих-Вильгельм Юрген (Friedrich-Wilhelm Jürgen), до этого руководивший 6-й танковой дивизией (Führer 6. Pz.Div.). Он был награждён Рыцарским крестом ещё в 1940 г., когда командовал II-м батальоном 2-го стрелкового полка во Французской кампании.

         К своим новым обязанностям Юрген смог приступить только 10 февраля и руководил дивизией до 22 марта. Прежний командир дивизии генерал-лейтенант Унрейн принял командование III-м (германским) танковым корпусом СС.

         Сразу после своего прибытия в Курляндию в конце января 1945 г. генерал-полковник фон Фитингхоф приказал офицерам своего штаба разработать план под кодовым названием «Лаура» (Laura), который предусматривал транспортировку всей группы армий морским путем в Германию. Плацдарм «Курляндия» должен был постепенно уменьшаться. Планом было предусмотрено, чтобы 18-я армия, а также 3 правых армейских корпуса 16-й армии отступали на Лиепаю, а XVI корпус и береговая охрана – на Вентспилс. В течение 15 дней вся группа армий могла быть вывезена. Ежедневно из портов должны были отправляться 3 транспортных судна и 9 грузовых суден.

         На оперативном совещании в Берлине 17 февраля план «Лаура» был представлен фюреру. Начальник генштаба генерал-полковник Г. Гудериан поддержал этот план. Гитлер ответил Гудериану: «Ни о какой эвакуации курляндской группировки не может быть и речи!»

         В феврале из Германии в Курляндию было доставлено около 13 тыс. т вооружений, боеприпасов, продовольствия и других материалов. Во время перерыва между боями в Германию была отправлена 215-я пехотная дивизия. Хотя транспорты снабжения из Готенхафена (Gotenhafen), Хелы (Hela) и Свинемюнде (Swinemünde) все еще прибывали в Лиепаю (Liepaja нем. Libava) и Вентспилс (Wentspils, нем. Windau), потери судов и кораблей увеличивались из-за незначительного сопровождения конвоев и учащения советских воздушных налетов.

         Из прошедших четырех курляндских сражений командование группы армий извлекло свои уроки, и позаботилось о создании подвижных резервов. Из подразделений разных курляндских дивизий были сформированы учебно-полевая дивизия «Курляндия» (Feld-Ausbildungs-Division Kurland), танковая бригада «Курляндия» (Panzer-Brigade Kurland), а также фаненюнкер-гренадерский (курсантский) полк «Курляндия» (Fahnenjunker-Grenadier-Regiment Kurland).

         В середине февраля 1945 г. 14-я танковая дивизия заняла позиции охранения в районе Цингениеки (Zingenieki) – Цирули (Ciruli) – Книверы (Kniveri) северо-западнее Приекуле.

         В начале февраля Ставка ВГК объединила войска 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов в один – 2-й Прибалтийский фронт, командовать которым было поручено маршалу Советского Союза Леониду Александровичу Говорову. В состав 2-го Прибалтийского фронта дополнительно влились 6-я гвардейская, 51-я, 4-я ударная и 67-я (из резерва Ставки) армии.

         Морозы прекратились, снегопад уменьшился. Советская артиллерия снизила интенсивность обстрелов. Советское командование снимало с фронта танковые и гвардейские стрелковые соединения и перебрасывало их в Восточную Пруссию и на Одер. При этом шла подготовка к 5-му сражению в Курляндии. Советская бомбардировочная и штурмовая авиация все чаще атаковала немецкие позиции. При первом большом налете в начале 2-й декады февраля 6-й зенитной дивизией (6. Flak-Division) было сбито около 40 советских самолетов. 14 февраля последовал следующий массированный налет на балтийские порты Лиепая и Вентспилс. Здесь вступили в бой пилоты 1-й группы 54-й истребительной эскадры «Зелёное сердце» (I./Jagd-Geschwader 54 “Grünherz”) на своих «Фоке-Вульф» (Focke-Wulf) Fw-190 и сбили следующие 48 машин. Обер-лейтенант Отто Китель (Otto Kittel), командир 2-го отряда эскадры «Зелёное сердце» и самый успешный летчик-истребитель в северной части Восточного фронта, в этот день добился своей 267 воздушной победы, а затем был сбит юго-западнее Джуксте (Džūkste).

         Начиная с 15 февраля, советские разведывательные группы вели разведывательные поиски и разведку боем немецких позиций, иногда силой до батальона.

         В будущем наступлении 20 февраля главный удар с участком прорыва 18–20 км советские войска должны были нанести на левом крыле фронта между реками Вента и Вартая (Вартава) на Скрунду, Кулдигу с задачей выйти на морское побережье севернее Вентспилса. В центре и на правом крыле наносились вспомогательные удары с целью сковать здесь немецкие силы.

         16 февраля 2-й Прибалтийский фронт нанес вспомогательный удар своим правым крылом (1-я ударная армия и часть сил 22-й армии) на Тукумском направлении, имея задачу сковать на этом участке фронта немецкие войска и помешать их переброске на салдусское и лиепайское направления. 16–23 февраля советские войска создали прорыв до 25 км по фронту на участке Пиенава - Пуцес, где оборонялись 205-я, 281-я, 83-я пехотные и 12-я танковая дивизии, заняли Джуксте и продвинулись вглубь немецкой обороны на 9 км, закрепившись к исходу 23 февраля на рубеже Зеллюциемс – Прушукрогс – Спиргус – Унгури – Лестене.

5-е сражение в Курляндии 20 февраля – 10 марта 1945 г.

         20 февраля 1945 г. группа армий «Курляндия» (HG Kurland) еще насчитывала 352 тысячи солдат сухопутных войск, 21 тысячу человек из люфтваффе, 12 тысяч человек войск СС, а также около 12 600 человек из имперской службы труда (Reichsarbeitsdienstes) и примерно 2400 человек из вышестоящих штабов. Протяженность переднего края обороны составляла 240 км.

         С 20 по 28 февраля 2-й Прибалтийский фронт проводил Приекульскую наступательную операцию, ближайшей задачей которой было разбить немецкую группировку у Приекуле и выйти на рубеж реки Вартая (Вартава). Дальнейшей задачей был прорыв к Лиепае, чтобы захватить город и лиепайский порт, лишив группу армий «Курляндия» главного пункта снабжения.

         5-я сражение в Курляндии началось утром 20 февраля с сильного полуторачасового ураганного огня (Trommelfeuer) советской артиллерии и налетов авиации. Сотни орудий открыли огонь по немецким позициям между Джуксте (Džūkste) и Приекуле (Priekule, нем. Preekuln). При этом они оставляли узкие необстреливаемые проходы (коридоры), так называемые «тихи зоны», которые наискосок вели к переднему краю фронта и по которым советские танки приближались во время продолжающейся советской артподготовки непосредственно к немецким позициям, не подвергаясь огню немецких противотанковых средств и проникали вглубь немецкой обороны.

         В 10 часов 50 минут советские войска перешли в наступление на своем левом крыле силами 6-й гвардейской армии и частью сил 51-й армии, атаковав позиции немецких 121, 126, 263, 290-й пехотных и 12-й авиаполевой дивизий по обе стороны от Приекуле. 6-я гвардейская армия (9 дивизий), поддержанная 19-м танковым корпусом (2 бригады), наступала на участке Дэди – Приекуле; правое крыло 51-й армии (6 дивизий) атаковало на участке южнее Приекуле – Павари. Немецкая пехота и артиллерия оказывали упорное сопротивление советским войскам, которые в первый день наступления смогли продвинуться всего на 2–3 км.

         Утром 21 февраля после перегруппировки советские войска возобновили наступление. Особенно упорные бои разгорелись на подступах к Приекуле и севернее его. В развалинах Приекуле оборонялся 426-й гренадерский полк 126-й пехотной дивизии. Он был окружен в районе песчаного карьера и почти полностью уничтожен. Только небольшое число гренадеров этого полка вырвались из окружения. Части правого крыла 51-й армии штурмом овладели поселком Приекуле – важным немецким узлом обороны на лиепайском направлении. 121-я, 290-я и 263-я немецкие пехотные дивизии продолжали удерживать свои позиции севернее Приекуле. Основу немецкой обороны составляли зарытые по башню в землю танки. За второй день наступления советские войска смогли продвинуться лишь на 2 километра.

         Командование 18-й армии и командование группы армий «Курляндия» 21-26 февраля перебросили в район советских прорывов западнее Приекуле соединения и части из резерва, а также с других участков фронта, в том числе 14-ю танковую дивизию, 218-ю, 11-ю, 132-ю и 225-ю пехотные дивизии, бригаду штурмовых орудий «Курляндия», 70-й химический полк, 510-й тяжелый танковый батальон, сводный батальон из 12-й танковой дивизии и другие части.

         К вечеру 21 февраля советские войска вышли на шоссе Цингениеки (Zingenieki) – Кроте на широком участке и двинулись вдоль дороги на Любаскрогс (Lubaskrogs). Подразделения 14-го противотанкового дивизиона уничтожили не менее девяти советских танков, оторвавшихся во время атаки от своей пехоты. 36-й танковый полк поддерживал панцергренадеров 14-й танковой и гренадеров 121-й пехотной дивизий северо-западнее Приекуле.

         22 февраля советское командование ввело в бой севернее Приекуле вторые эшелоны стрелковых корпусов и две танковые бригады 19-го танкового корпуса. Южнее Приекуле немецкая оборона была прорвана и ожесточенные бои развернулись на втором немецком оборонительном рубеже. В течение последующих пяти дней советские войска продолжали настойчивые атаки северо-западнее и западнее Приекуле. Тяжелые бои северо-западнее Приекуле в эти дни вели 14-я танковая, 11-я и 121-я пехотные дивизии, а также бригада штурмовых орудий «Курляндия» (Sturmgeschütz-Brigade Kurland) и 640-й штрафной батальон. На усиление к ним командование 18-й армии выдвинуло 25–26 февраля 225-ю пехотную дивизию. Западнее Приекуле 24 февраля потрепанную 126-ю дивизию сменили части 132-й пехотной дивизии. Общими усилиями продвижение советских танковых и стрелковых соединений было остановлено.

         14-я танковая дивизия до 28 февраля вела тяжелые оборонительные бои в районе Цингениеки (Zingenieki) – Книверы (Kniveri) против постоянно атакующих советских войск, которые медленно продвигались вперед. Постепенно дивизия была вынуждена отойти с большими потерями восточнее на несколько километров на линию Бунка (Bunka) – Любаскрогс (Lubaskrogs), но всё же не допустила прорыва советских войск. На северном фланге дивизии у поселка Кроте советские ударные группы смогли подойти вплотную к мосту через реку Вартая, где были остановлены. 28 февраля советские атаки на участке 14-й танковой дивизии ослабли.

         28 февраля Приекульская наступательная операция советских войск была остановлена. Закончилась первая фаза 5-го сражения в Курляндии. Потери 18-й немецкой армии составили 5 400 офицеров, унтер-офицеров и солдат. Огонь советской артиллерии на лиепайском направлении ослаб, стрелковые части перешли к обороне. Только небольшие советские танковые отряды периодически прощупывали немецкие позиции. Направление главного удара советских войск было перенесено на Салдус. 1 марта на укрепление обороны западнее Приекуле были дополнительно переброшены части 205-й пехотной дивизии и 912 дивизион штурмовых орудий.

         С 28 февраля части 14-й танковой дивизии, которая понесла большие потери в личном составе и технике, начали выводиться с фронта, и перебрасываться через реку Вартая (Вартава) в район Тадайки (Tadaiki) – Иэвениэки (Ievenieki) – Ански (Anski). К концу февраля все оставшиеся «Пантеры» и штурмовые орудия II-го батальона были переданы в I танковый батальон.

         Не сумев пробиться на Лиепаю, советское командование перенесло свои наступательные усилия на Салдус (Frauenburg), чтобы захватить там железнодорожную линию. Затем советское наступление – как и раньше – должно было повернуть на Лиепаю.

         4 марта шесть советских стрелковых дивизий при поддержке двух танковых бригад атаковали на стыке 24-й и 122-й пехотных дивизий восточнее Салдуса (Frauenburg), и смогли прорваться через немецкие позиции. Были сразу подняты по тревоге и переброшены на угрожаемый участок фронта танковые подразделения 12-й танковой дивизии, танковая бригада «Курляндия» и 21-я авиаполевая дивизия под командованием генерал-майора Барта, а также противотанковые дивизионы и саперные роты. Им удалось предотвратить дальнейший прорыв советских танков и после напряженных боев остановить советское наступление в густом лесу на рубеже Лиелблидиене и Упесмыза. Советские войска атаковали также позиции VI-го армейского корпуса СС (VI. SS-Armee-Korps) обергруппенфюрера СС Крюгера.

         10 марта началась оттепель, а затем очень быстро наступала весенняя распутица. Земля утонула в непроходимой грязи, все неукрепленные дороги превратились в болото и стали непроезжими. В грязи буксовали даже танки и другая гусеничная техника. Колесная техника не могла сдвинуться с места. Гати (жердевые и бревенчатые настилы), по которым до сих пор техника передвигалась через заболоченные места, утонули в грязи и воде. Вода заполнила все траншеи и окопы. Резко ухудшилось снабжение немецких частей. Переброска войск и перевозка боеприпасов, снаряжения и продовольствия осуществлялись только по железной дороге, которая, несмотря на постоянную бомбежку, продолжала действовать на участке Лиепая – Скрунда – Салдус, а также на ветках на Гробиню и Айзпуте.

         Советские атаки буквально застревали в грязи. Реки, ручьи и озера вышли из берегов; все низины были залиты водой. Любое передвижение замерло. В итоге, наступление советских войск было остановлено. 5-е сражение в Курляндии завершилось.

Последние недели курляндского «котла» (начало апреля – начало мая 1945 г.)

         В последующие недели на курляндском фронте, в том числе на участке 14-й танковой дивизии, изредка шли бои местного значения. 14-я танковая дивизия не смогла полностью восстановить свои силы, так как пополнение в Курляндию больше не поступало. 10 апреля 1945 г. 36-й танковый полк сообщил, что имеет на вооружении 36 «Пантер» (28 боеготовых) и 16 StuG III (12 боеготовых).

         Для пополнения сухопутных войск в Курляндии из состава 1-го воздушного флота люфтваффе было направлено 17 батальонов. Но это не очень усилило боевые части, потому что личный состав этих батальонов не был обучен для ведения наземных боевых действий и не имел тяжелого вооружения. Их можно было использовать лишь для охраны немногих оставшихся в Курляндии аэродромов и других важных объектов.

         До начала мая 14-я танковая дивизия находилась в районе Гельжи (Gelzi) – Падоне (Padone) на отдыхе и восстанавливала свои частично потерявшие боеспособность части.

         В ночь на 3 мая на всем протяжении курляндского фронта от Рижского залива до Лиепаи тысячи советских орудий и минометов внезапно произвели короткий огневой налет. Затем в наступившей тишине сильные советские репродукторы сообщили: «Берлин пал! Германии конец! Последний верховный главнокомандующий вермахта гросс-адмирал Карл Дёниц (Karl Dönitz) направил 3 мая радиограмму командованию группы армий «Курляндия», чтобы как можно скорее все ее части были подготовлены, также как и части из восточно-прусских и западно-прусских территорий, для транспортировки. Погрузка вывозимых войск предусматривалась только с легким пехотным оружием. Остальное вооружение должно было быть уничтожено. Группа армий должна была до последнего момента оборонять плацдармы вокруг портовых городов Лиепая (Liepaja, нем. Libau) и Вентспилс (Ventspils, нем. Windau). Были отданы приказы 18-й армии отойти на позиции по реке Вартая (Vartaja), а 16-й армии двигаться от Тукумса (Tukums, нем. Tuckum) на северо-запад, на Вентспилс. Однако для осуществления полномасштабной эвакуации не хватало необходимого транспорта. Только маленькие корабли 9-й морской охранной дивизии грузили в это время людей и боевую технику. Совершенно переполненные они уходили на запад.

         14-я танковая дивизия получила приказ приготовиться для эвакуации в Германию. Такой же приказ был направлен в 11-ю и 126-ю пехотные дивизии. В полном порядке эти три дивизии начали выдвижение в направлении портов. 12-я танковая дивизия была выведена с линии фронта, чтобы быть готовой к применению в любое время как подвижный резерв группы армий.

Капитуляция

nbsp;        Новый глава Германии гросс-адмирал Дёниц, которому Гитлер перед своей смертью передал пост рейхсканцлера, заключил с Великобританией перемирие и согласовал время вступления в действие частичной капитуляции 5 мая 1945 г. в 8:00 по британскому летнему времени. Британское командование обещало, что все находящиеся в море германские суда и корабли смогут продолжать движение своим курсом. Гросс-адмирал Дёниц при помощи частичной капитуляции пытался выиграть как можно больше времени, чтобы вывезти из Курляндии максимально возможное количество войск.

         Американское командование на переговорах о капитуляции с немецкой стороной 4 мая потребовали заключения договора о полной и безоговорочной капитуляции при обязательном участии в нем Советского Союза. Представители советского и американского командования настаивали на том, чтобы после 1:00 9 мая 1945 г. все передвижения по морю были прекращены, включая погрузку на корабли в Курляндии и Хеле, а оба немецких плацдарма одновременно были переданы советским представителям.

         По радиостанции генерал-полковник Карл Хилперт (K. Hilpert) установил контакт с командующим советских войск в Курляндии и предложил ему капитуляцию своей группы армий. После того, как согласие было получено, оставшиеся в курляндском «котле» немецкие дивизии были уведомлены об этом. Оговоренное перемирие перед капитуляцией должно было начаться 8 мая в 14 часов.

         Командующий немецкими ВВС в Курляндии распорядился о перегоне всех авиационных частей в Германию на аэродром Фленсбург (Flensburg). Прибывающие из Норвегии транспортные самолеты должны были забрать на рассвете 9 мая личный состав наземного обеспечения (Bodenpersonal). Материальную часть нужно было уничтожить.

         С 8 ч. утра 8 мая колонны 14-й танковой дивизии, 11-й и части 126-й пехотных дивизий двигались по направлению портов Лиепая (Liepaja, нем. Libau) и Вентспилс (Ventspils, нем. Windau). Кроме непременно необходимых транспортных средств, вся лишняя материальная часть была сделана непригодной для использования и брошена. Последний оставшийся «Тигр» 510-го тяжелого танкового батальона, находившегося в подчинении 14-й танковой дивизии, также как и все боевые машины дивизии, был взорван. Из-за совершенно перегруженных и находящихся под постоянными воздушными налетами дорог, по которым отходили части дивизии, только некоторым подразделениям удалось достичь порта Лиепаи.

         В первой половине дня 8 мая в порту Лиепаи кипела работа. На корабли грузилось продовольствие, а ненужные материалы выбрасывались за борт. Подготовке эвакуации мешали советские воздушные налеты. Портовые сооружения получали тяжелые повреждения.

         В 14 часов оружие на курляндском фронте замолчало! Наступило перемирие, предшествовавшее капитуляции немецких войск в Курляндии. Во второй половине дня 8 мая прибыла еще одна радиограмма из Германии с сообщением, что командование вермахта подписало общую капитуляцию и что до 1 часа ночи 9 мая все корабли с войсками группы армий должны были отплыть из портов Курляндии.

         8 мая из Курляндии были вывезены некоторые части 14-й танковой, 11-й и 126-й пехотных дивизий. Из 36-го танкового полка (без учета II-го батальона, которой еще ранее был отправлен в Германию) только около 360 человек добрались до Германии.

         Перед капитуляцией курляндская немецкая группировка имела в своем составе около 200 тыс. человек. 9 мая 1945 г. командующий группой армий «Курляндия» генерал-полковник Карл Хильперт лично передал свою группу армий советскому командованию, как этого требовали победители. В этот день большинство солдат группы армий «Курляндия» (135 тыс.) сложили оружие в рамках общей капитуляции немецких вооруженных сил (Gesamtkapitulation der deutschen Streitkräfte), которая была подписана в Реймсе в ночь на 7 мая. Однако многочисленные разрозненные вооруженные группы продолжали оказывать сопротивление в Курляндии до 15 мая, а некоторые из них пытались пробиться в Восточную Пруссию. Например, группа эсэсовцев во главе с обергруппенфюрером СС Вальтером Крюгером, командиром VI-го армейского корпуса СС, пыталась выйти к границе рейха, но 22 мая была обнаружена красноармейцами и взята в плен. Крюгер при этом застрелился.

         Оставшиеся подразделения 14-й танковой дивизии и остатки танковой бригады «Курляндия» сдались советским войскам 9–10 мая 1945 г. в районе восточнее Лиепаи.

 

1 тд 2 тд 3 тд 4 тд 5 тд 6 тд 7 тд 8 тд 9 тд 10 тд 11 тд 12 тд 13 тд 14 тд 15 тд 16 тд 17 тд 18 тд 19 тд 20 тд 21 тд 22 тд 23 тд 24 тд 25 тд 26 тд 27 тд 116 тд "Виндхунд" 155 тд 155 рез. тд 178 тд 179 тд 179 рез. тд 232 тд 233 тд 233 рез. тд 273 рез. тд тд "Кемпф" Учебная тд тд "Норвегия" тд "Фельдхеррнхалле" "Фельдхеррнхалле-2" тд "Курмарк" тд "Гольштейн" тд "Силезия" тд "Ютербог" тд "Мюнхеберг" тд "Берген" тд "Клаузевиц"

 


Военно-исторические ресурсы
Military History